Из развитого в дикий нелепые ШАГИ

Уже далеко за полночь, а я всё лежу без сна и размышляю над тем, что случилось вчера на работе. Собственно, на какой теперь работе? Нет у меня работы! Я снова на нулевой отметке, как и двадцать лет назад.

Правда, тот первый “нуль” случился в мои двадцать восемь – в возрасте, когда кажется, что жизнь бесконечна, и все еще впереди. Но, тогда я был искренне счастлив, стряхнув, наконец, кандалы воинской службы и наивно полагая, что нет больше препятствий, которых не смогу преодолеть. Ведь одолел же главное – сопротивление военной бюрократии, возомнившей меня своим рабом.

“Наконец, я свободен, как птица. Отныне меня не затащат не в одну общественную организацию. Я буду жить своим умом”, – тихо радовался подданный тоталитарного государства, строящего Коммунизм.

А что теперь?

Лишь вчера самозабвенно трудился в ракетно-космической корпорации “Энергия” имени С.П. Королева, возглавив сектор анализа, ведущего научные разработки, и был, можно сказать, на пике работоспособности. Автор программных систем “Экспресс-анализ” и “Проект-сервис”, ставших плановыми работами коллектива, созданного и подготовленного мной из случайных, не знавших основ программирования, работников испытательного отдела.

Каждая из этих работ основана на идеях, оформив которые в научные труды, можно защитить не одну диссертацию. Но, я готовил иную, обобщавшую и развивавшую идеи обоих проектов – “Прогнозирующие экспертные системы с элементами самообучения”. Предлагая оригинальную методику, я расширял горизонты научных знаний. Мой приоритет был бесспорным.

Задел по всем темам, который способны оценить лишь специалисты, огромен. Созданы и отлажены программные кирпичики, из которых, как из деталей конструктора можно складывать программные модули, а из модулей самые разнообразные программные системы, позволяющие на новом уровне управлять разработкой ракетно-космических комплексов, да и любых сложных технических объектов. Программные системы ведь создавались как универсальные.

Увы. Ничего этого больше не будет в моей жизни. Все обратилось в прах, в абсолютный нуль. Я “обнулился” и как руководитель коллектива, и как научный работник, ведущий свое направление. Мне больше никогда не достичь этих вершин.

Давно прошло время гениев-одиночек, делающих все от начала до конца. И любое научное достижение – это коллективный труд. А у меня отняли мой коллектив. Его теперь раздербанят на части, озадачат рутинной работой, завалят “текучкой”. И он зачахнет, как редкий цветок, который однажды забыли полить.

А что смогу сделать я, разжалованный в ведущие инженеры, которого наверняка снова сунут в сектор Мазо. Куда же еще? Ведущий инженер фигура не самостоятельная, она должна где-то быть. А уж Мазо отыграется сполна за мое многолетнее равенство с его дутой персоной. Ведь даже в условиях паритета он непременно тянул свою властную клешню либо ко мне, либо к моему сектору, желая стать хозяином уж если не меня лично, то хотя бы моих наработок, которые в этом случае легко выдать за свои.

И не к кому обратиться, чтобы восстановить статус-кво. Руководитель комплекса Панарин – друг Мазо. Как часто, на словах возмущаясь его действиями, он так ни разу и не пожурил своего приятеля. Генеральный конструктор Семенов? Дважды обращался к нему, когда еще жила тема “Энергия-Буран”, и однажды, когда ее прикрыли. И все три обращения оказались без последствий. Мне не отказали, но так ничего и не сделали. Главный конструктор Губанов? Его “съели” еще накануне закрытия темы. Филин Главный? Его давно не видно и не слышно.

Да и как работать с Николаевым, который много раз клятвенно обещал не забыть того, что сделал для него, и всякий раз нарушал обещания, когда вдруг возникали интересы Мазо – его неугомонного конкурента. Он ненавидел этого типа и боялся животным страхом, понимая, что при любом удобном случае Мазо легко окажется сверху и тогда расплющит своего бывшего начальника, не потакай он капризам строптивого подчиненного. Мазо злопамятен. И бедный “Вися” не отказывал тому в его притязаниях, всякий раз ставя меня перед свершившимся фактом – очередным этапом “дружбы” со своим “заклятым другом”.

Нет. Вчера я поступил так, как следовало поступить давно – хлопнул дверью, в прямом и в переносном смыслах.

И что теперь? Теперь я безработный, вот только совсем в ином обществе, чем то, в котором жил до сих пор.