Из дневников

Евгений Шварц

Из дневников

Евгений Львович Шварц (1896-1958) широко известен как драматург-сказочник. Но до сих пор читателям не известен его дневник, первые попытки вести который относятся к детским годам будущего писателя, к 1906 году. "Дневник этот являлся первой в моей жизни попыткой написать "нечто по собственной воле"",- писал Шварц, вспоминая о его истоках. Более или менее систематические дневниковые записи Шварц делал почти с самого начала творческой деятельности - с 1926 года. К сожалению, дневники его той поры не сохранились. Покидая Ленинград по решению исполкома горсовета в декабре 1941 года в крайне тяжелой степени дистрофии, он сжег их, не имея возможности взять с собой и не желая оставить их на произвол судьбы. Как выяснилось впоследствии, они и не сохранились бы, так как квартира Шварца была разрушена прямым попаданием снаряда во время одного из артиллерийских обстрелов города.

В 1942 году, как только Шварц попал на "большую землю", в Киров, он вновь вернулся к дневникам. Последняя запись в них сделана за 11 дней до смерти - 4 января 1958 года.

Ведя их, драматург ставил перед собой, как сам он говорил, две задачи учился языку прозы, значительно отличающемуся от языка драматургии, и стремился "поймать миг за хвост", то есть найти наиболее точные слова для передачи обстановки, чувств, событий и настроений в тот или иной момент жизни. Основным условием, поставленным Шварцем самому себе, было писать только правду, "не врать, не перегруппировывать события". Вначале записи велись нерегулярно, а впоследствии, с 24 июня 1950 года каждый вечер писатель заполнял две большие страницы конторской или так называемой амбарной книги. Читаем запись от 9 сентября 1947 года: "Надо отработать этот урок, который задаю я себе ежедневно на старости лет, чтобы научиться наконец писать в лоб о себе, связно рассказывать о самых обыкновенных вещах... Зачеркивать, переписывать и обрабатывать по условиям, что я поставил сам себе, не разрешается". И три недели спустя: "...я надеюсь, что все-таки научусь писать о себе. И, наконец, кое-что выходит похоже. Очень похоже. И, работая над сценарием, я чувствую, что рука ходит легче - значит, ежедневные упражнения в чистой прозе, пожалуй, полезны. И еще - уж очень бесследно уходят дни за днями. А тут все-таки хоть что-то отражается. Худо, что пишу я эти записи только после более серьезной работы, уставши. И вот еще что - записывать то, что я думаю о своем основном деле - о литературе не в силах. Совестно почему-то. А ведь этим, в основном, я и дышу..." Но в более поздних дневниках Шварц, хоть и редко, все же будет обращаться к этой теме. И всякий раз это будут интересные оценки книг, или воспоминания о начальных годах советской литературы, или портреты писателей-современников.

За шестнадцать лет ведения дневника (с 1942 по 1958 год) Шварцем было исписано 37 конторских книг большого формата, общим объемом в 160 авторских листов. Причем почерк у него и в молодости был неважным. С. Я. Маршак сравнивал буквы, написанные Шварцем, с убитыми комарами, ножки которых разбросаны в разные стороны. 31 мая 1957 года сам он пишет в дневнике: "Почерк у меня стал так ужасен, что это лучше всякого шифра". 17 июня этого же года: "Я пишу до такой степени неразборчиво, что черновик превращается в ребус, который я сам разбираю с трудом". И, наконец, 24 июня: "Впрочем, у меня есть твердая уверенность, что никто и никогда эти книжки не прочтет". Однако архивисты не прошли мимо этого бесценного документа. Он был расшифрован, изучен и подготовлен к изданию как рукопись, представляющая собой не только историко-общественный интерес, но и несомненную художественную ценность.

Структура дневника сложна. В нем содержатся и заметки, характерные для записных книжек писателя - отдельные услышанные слова или фразы, обратившие на себя внимание, эскизы характеров для будущих пьес, и обычные дневниковые записи о событиях текущего дня.