Иван Грозный на Мальдивах

«Усталый Иван-царевич превращается в Змея Горыныча».

Если работаешь детективом, то не стоит удивляться тому, что говорят люди в твоем кабинете. Но заявление о превращении королевича в трехголовое чудище лишило меня самообладания. Я усмехнулся и быстро замаскировал свое веселье вопросом:

– Господин Какаовум, прошу меня извинить, но пока я не понимаю причины вашего обращения ко мне.

– Вы Подушкин? – спросил, в свою очередь, клиент.

Я подавил вздох. Понятно, к моему берегу опять пришвартовался странный человек. Но, с другой стороны, есть ли на свете люди без каких-либо сдвигов? Ваш покорный слуга сам хорош, у меня есть привычки, которые другим кажутся симптомами безумия. И то, что господин со странной фамилией Какаовум забыл мое имя-отчество, ерунда.

– Да, Иван Павлович Подушкин, – вновь представился я.

– Прекрасно! – заликовал посетитель. – То, что надо. Меня выгнали, а вас не посмеют, потому что это ваши подлинные данные!

Я изобразил вежливую улыбку.

– Прибыль по-братски поделим, – продолжал посетитель, – мне восемьдесят процентов, вам двадцать. И гарантирую продолжение сотрудничества.

– Подскажите, как к вам обращаться, – спросил я, – мне пока известна лишь ваша фамилия!

Клиент положил на стол визитку, я посмотрел на нее и не смог сдержать удивления:

– Боб Солнечноласкович Какаовум? Вашего папеньку звали Солнечноласковый? Уникальное имя.

– Вот из-за паспортных данных я к вам и приперся, – потер руки Боб, – хочу их поменять. Понимаете?

– Не совсем, – ответил я. – Конечно, у вас труднопроизносимое…

– Вообще-то я Сергей Иванович Петров, – сообщил гость, – но менял документы. И теперь ношу фамилию Какаовум.

Я растерялся и заметил:

– Лично мне Петров больше нравится.

– Живи вы год с данными Чистень Ершович Унитазов, тоже были бы рады стать Бобом Какаовум, – парировал посетитель. – Контракт закончился. Могу подписать следующий. Да в загсе уперлись! Не хотят новый паспорт давать. Соглашайтесь, двадцать процентов крутые условия. И за шоу всегда платят нормально, аж сто тысяч можно огрести. С работой сейчас плохо у всех. Можете сколько угодно говорить, что у вас от клиентов нет отбоя, но я этому никогда не поверю. Я вам на подносе принес баблосики, осталось взять их да потратить.

И тут в кабинет вошел Борис.

– Иван Павлович, вас вызывают по прямой связи.

Я встал.

– Уважаемый Боб Солнечноласкович, я покину вас на короткое время.

– Я посижу здесь, – сказал мой помощник, – поговорю пока с гостем.

Я выскочил и поспешил в столовую. Чашка кофе сейчас будет очень кстати. Жаль, что у меня плохо получается капучино, а эспрессо мне не по душе.

Я вошел в комнату, где на столе стояла фарфоровая кружка, над которой колыхалась шапка пены, посыпанная корицей. В моей душе поднялась огромная благодарность к Борису. Разговоры с клиентом проходят с глазу на глаз, но все они транслируются через ноутбук для батлера. Не спрашивайте, как это осуществляется, я компьютерный маразматик. Вот Боря более чем успешен в плавании по интернету, он в курсе всех хитрых приспособлений и разных программ. А еще в соседях у меня Олег, ставший моим лучшим другом. У Котина фирма, нет, империя, которая производит видеоигры и всякие товары для их фанатов. Олег всегда на десять шагов впереди своих конкурентов. Если у Бори возникают сложности с компьютером, он обращается к Котину.

Сегодня мой помощник, как обычно, незримо присутствовал при моей беседе с посетителем, понял, что у шефа сидит неадекватный тип, и поспешил на выручку. Но, перед тем как направиться в мой кабинет, батлер сделал для меня капучино. Да еще положил на тарелку кусок «капустника», который испек утром. Борис кладезь талантов, он аккуратен, внимателен, работоспособен, умен, красноречив и еще прекрасно готовит. Кроме того, у меня с ним много общего, оба любим читать, не особенно болтливы, не смотрим телевизор.

Я сделал глоток кофе и посмотрел на пустую тарелку. А где пирог? Он тут определенно был, на белом фарфоре остались крошки, несколько кусочков капусты и крутого яйца… Все понятно.

Я наклонился, поднял скатерть и заглянул под стол.

– Демьянка, понравилась ли тебе кулебяка? Как тесто? Хорошо пропеклось? А начинка? Не пересолена?

Собака с самым невинным видом замела хвостом.

– Ты сообразительная хитрюга, – продолжил я, – но пока не научилась заметать улики. Сейчас, уважаемая мадам, на вашей морде видны частички капусты. Знакомо ли вам чувство стыда, а?

Демьянка заулыбалась, а я встал и вернулся в кабинет.

Увидев меня на пороге, помощник произнес:

– Иван Павлович! Сейчас сообщу вам о предложении господина Какаовума. Простите, если эта фамилия не изменяется по падежам.

– Весь внимание, – ответил я, сел в кресло и услышал занимательную историю.