Броня крепка. История советского танка, 1919-1937

Пролог

Глава I. Увертюра

Глава II. Первые танки Советской Республики

Глава III. От опытов к серии

Глава IV. Первые итоги

Глава V. К иностранному опыту

Глава VI. На своем оборудовании из своих материалов

Глава VII. Колеса или гусеницы?

Глава VIII. Назад в будущее?

Приложения

Источники

«Это случилось 15 сентября 1916 г. во время боев у деревни Флер-Курслет в ходе сражения на реке Сомме.

Ранним утром, когда туман еще стелился над землей, со стороны английских позиций, сопровождаемые грохотом, словно привидения, из тумана вдруг проступили гигантские угловатые башни, которые как по волшебству стали медленно продвигаться по изрытому воронками полю… Они подходили, вырастая в размерах, время от времени переваливалась на огромных воронках. Попытки стрелять по ним из винтовок и даже пулеметов не давали никаких результатов. По траншее пронесся слух, что пришел сам дьявол, и слово это мгновенно пронеслось между солдатами…»

Так описывалось в начале 1917 г. первое применение танков в бою, которое имело место быть совсем недавно на Западном фронте. Событие имело весьма незначительные результаты, ведь из введенных в бой 49 танков до поля боя дошли своим ходом лишь 32 машины, а в атаке участвовали и того меньше – 18 (остальные вышли из строя по причине многочисленных поломок), но сами танки привлекли внимание журналистов во всех странах мира.

Ведущие газеты и журналы своего времени долго живописали о новой сенсации в мире оружия. Все сходились в мысли, что новый бронированный вездеход – новое и самое страшное изобретение средства уничтожения после газов, которые незадолго до того также потрясли мир.

«Это новое орудие смерти впервые появилось на Западном фронте в сентябрьских боях 1916 года, наведя ужас на немцев, – писал в 1920 г. в популярном издании для подрастающего поколения некто «генерального штаба К.Тераевич». – Изобрели его англичане, в шутку назвав словом «танк», что значить по-русски «чудовище»[1]…

Но он ошибался. Английское слово «танк» (tank) вовсе не означало «чудовище», но «бак», или «чан» для топлива, и переводилось в отечественной военной переписке того времени более привычным для русского уха словом «лохань». Например, журнал «Нива» поместил в январе 1917 г. фотографию первого английского танка с подписью:

«Лохань» («tank») – новый англшскш бронированный автомобиль, не знающш преградъ»…

«Лохань» («tank») – новый англiйскiй бронированный автомобиль, не знающiй преградъ

Это название, столь привычное сегодня, было обязано своим рождением соображениям секретности. Для тайной доставки боевых машин к фронту их поместили в деревянные ящики, и они значились в документах как громадные резервуары для русских. Поэтому в пункте их назначения был проставлен город Петроград. Никто не предполагал тогда, что эта надпись породит новый термин, который на протяжении почти 90 последующих лет будет обозначать наиболее мощные боевые машины сухопутных войск.

Материалы всевозможного толка о применении первых танков вперемежку с разведывательной информацией о них, обильно сдобренной всяческими слухами, широким потоком пошли из Великобритании, Франции и Италии. Кроме того, представители русской военной миссии, будучи приглашенными на демонстрацию танка Mk I, подлили масла в огонь, сообщая подчас самые невероятные подробности, каковые узнавали от английских солдат. Были русские военные и во время показа французских танков «Шнейдер» и «Сен-Шамон», так что первоначальный поток информации оказался чрезвычайно бурным. Возможно, даже слишком…

В России новинку не оставили без внимания, ведь здесь уже успешно действовали более 200 бронированных автомобилей, самым существенным недостатком которых была их ограниченная проходимость (особенно зимой и в межсезонье). Надо ли подчеркивать, что применение «автомобиля, не знающего преград» было весьма привлекательным именно для России.