История предательства

Целых три дня и три беспокойные ночи Царский город жил в ожидании бунта и погромов. Но, вопреки ожиданию, ничего такого не случилось. Шок от зловещей новости, насильственной смерти базилевса-регента, еще не прошел. Горожане были подавлены происшедшим, а городская стража равдухов исправно пресекала все возможные попытки беспорядков. Слухи распространялись по городу самые разнообразные. Малолетние цезари, сыновья почившего базилевса Романа из правящей династии, нуждались в защите и отеческом покровительстве. Кто станет следующим регентом?

На четвертый день после убийства Никифора Фоки[1] бразды правления в Византийской державе публично взял на себя племянник убитого Никифора, магистр Иоанн Куркуас[2] по прозванию Цимисхий. Такое прозвище было дано Иоанну, потому что он был малого роста.

На рассвете в субботу, одиннадцатого декабря тринадцатого индикта шесть тысяч четыреста семьдесят восьмого года от сотворения мира, что соответствовало 969 году от Рождества Христова, по улицам города разъезжал отряд избранных воинов, провозглашая Иоанна и малолетних цезарей соправителями и самодержцами ромеев. Формула провозглашения нового базилевса обязательно включала имена законных наследников правящей Македонской династии, багрянородных цезарей Василия и Константина, не достигших совершеннолетия.

В небольшом удалении от воинов следовал проедр Василий Ноф.[3] Номинально он занимал высший гражданский чин председателя правительства, но реальная власть при Никифоре II была сосредоточена в руках его брата Льва, удостоенного титула куропалата. Одного из первых по значению титулов в византийской иерархии, обычно жалованного ближайшим родственникам государя и высокопоставленным иностранцам. Проедр хотя и был скопцом, отличался предприимчивостью, изобретательностью и умением применяться к различным обстоятельствам. Он внимательно наблюдал за реакцией простого люда на улицах и площадях, чтобы немедленно реагировать на настроение толпы. Городские стражники, в свою очередь следовавшие за ним, готовы были немедленно действовать по его указанию, хватая зачинщиков беспорядков или просто недовольных.

К вечеру Василий вернулся во дворец и, как все три дня подряд, увидел новопровозглашённого базилевса над базилевсами, пьяного вдрызг. Муки совести терзали Цимисхия, и чтобы как-то заглушить их, он напивался до беспамятства. Ужас и чувство вины за содеянное он топил в винном угаре.

Однако медлить дальше было нельзя. Первый шаг к трону был сделан. И чтобы удержаться на плаву, надо было активно двигаться дальше. Следовало сделать следующий шаг. Отчаявшись привести Иоанна в осмысленное состояние, председатель правительства Василий взял дело в свои умелые руки.

Во время переворотов встречаются праздные из народа и неимущие, которые грабят добро и разрушают дома, а иногда и убивают соотечественников. От имени базилевса проедр разослал по всему городу указы и предписания, в которых под страхом отсечения головы запрещалось поднимать мятежи или совершать ограбления. Эти указы внушили немалый страх горожанам, и никто не посмел в нарушение приказа произвести возмущение. Так Василий предотвратил и подавил безрассудные устремления охлоса.

Обезопасив себя со стороны площадной черни, следовало незамедлительно воспользоваться плодами предательства и позаботиться о государственном аппарате и поддержке власть имущих. Как правило, после стихийных волнений во главе беспорядков становится одна из четырех ведущих партий Византии.

Безоговорочно выразила поддержку базилевсу Цимисхию партия «зеленых», которая объединяла и выражала интересы торговых олигархов и бюрократов страны. Проедр Василий, как один из руководителей партии, заблаговременно заручился поддержкой всех её членов.

Вызывала опасения позиция партии «голубых», которая выражала интересы крупных землевладельцев и военного сословья. Часть из них симпатизировала Цимисхию. Но тут было 50 на 50.

К счастью для заговорщиков, куропалат Лев Фока – всесильный брат убитого базилевса Никифора – был дезориентирован и находился в прострации от случившегося. Если бы он взял себя в руки, ему удалось бы немедленно и без пролития крови лишить Иоанна власти. Ведь большинство чиновников, занимавших государственные должности, получили их от Никифора, а в Константинополе находилось преданное ему войско гвардии и дворцовой охраны. Все они присоединились бы к куропалату Льву, если бы он горячо принялся за дело и отважился поднять мятеж.

Но нерешительность Льва развязала проедру руки. Время было упущено. И пока Цимисхий заливал муки совести вином, Василий сделал всё возможное для того, чтобы упрочить его и свое положение, устранив от управления государством всех подозрительных людей. И прежде чем солнце в пятый раз после убийства Никифора взошло над землей, Василий назначил на высшие государственные должности своих приверженцев.