История капитана госбезопасности Дуева В Н

Бенор Гурфель

История капитана госбезопасности Дуева В.Н.

ТУ-104 мягко оторвался от взлётной полосы и взял курс на Москву. Владимир Николаевич завозился, поудобнее устраиваясь. Вытянув ноги и закрыв глаза, он погрузился в лёгкую дремоту. Последние дни в отделе был завал с работой, начальство нервничало и сотрудники оставались в кабинетах допоздна. Эта лёгкая и приятная командировка в Москву оказалась, как нельзя, кстати.

Владимир Николаевич любил столицу. По сравнению с тихой и скучной провинцией, где пришлось ему до сих пор прожить, столичный размах, ощущение имперского могущества будоражили воображение, ускоряли биение пульса. Столичная жизнь пьянила и звала.

Надо сказать, что судьба не обидела Володю талантами. Сообразительность и умение завоёвывать симпатии, красивая, убедительная речь и миловидная внешность, ещё в школе выделяли его из среды сверстников.

Одного нехватало для большой и красивой карьеры - правильного происхождения. И эта горькая печать социальной неполноценности и несправедливости грызла душу, накладывала грустинку в уголках красивых глаз.

Ещё дед его - Иван Степанович, из старинного рода Дуевых, в 1917 году вместе с семьёй приехал в эту маленькую страну из Санкт-Петербурга. Приехал и осел, ожидая что вскоре падёт власть большевиков и можно будет вернуться в родной Питер. И так и прождал, пока не умер в 1935.

Отец - бухгалтер налогового управления - зарабатывал немного. Жили скромно и незаметно, едва сводя концы с концами. Так прожили 20 лет при независимости, два года присоединения и годы войны. Володя-то уже родился после войны в 1945 и не застал всех этих перемен.

Он учился в нормальной советской школе с нормальными советскими учителями и не очень задумывался о своём происхождении. Если бы не случай. Был он тогда уже в 10 классе, отлично шёл по гуманитарным предметам и примеривал себя к Институту Международных Отношений в Москве. Был вечер встречи с выпускниками и поделился он своей мечтой с одним парнем, окончившим их школу три года тому назад и учившимся в ИМО.

-Ты что с ума сошёл? - изумился тот - Тебе в ИМО?! С твоим происхождением?! А кто твой дед был? А где была твоя семья во время окуппации, а ...?

И пришлось Володе пойти в местный инженерно-экономический: учиться вместе с крестьянскими парнями и дочерьми рабочих судостроительного завода.

И так бы и сложилась его карьера, как у отца: подай то, да принеси это. Если бы не Его Величество - случай. Где-то на четвёртом курсе, на перемене подошёл к нему незнакомец. Был он модно и хорошо одет. Светлый галстук изящно контрастировал с тёмно-серым, хорошо сшитым костюмом. Весь облик его излучал уверенность и силу. Ту уверенность и силу, о которой так мечтал и в которой так нуждался Владимир.

- Володя? - полуутвердительно сказал незнакомец - нам надо поговорить. Я из Комитета Госбезопасности...

Так Владимир Дуев стал сотрудником органов. И пришло всё в чём он так нуждался и чего был достоин. Немалые деньги, свободный вход в закрытые дотоле для него рестораны и кафе, уважение и подобострастие газетчиков, театральных администраторов, мэтров, директоров магазинов и баз. Он стал одним из допущенных в мир сильных, в мир хозяев. В мир, о котором он грезил, наскоро проглатывая по утрам, на родительской кухне, недоварённую горьковатую, овсянную кашу.

Но если система раскрыла перед ним свои объятия, неуправляемая судьба продолжала наносить предательские удары. На этот раз удар пришёлся от родной сестры Лены. Была она старше его, её раннее детство пришлось на военную пору. Высокая и худая, с глубокими зелёнными глазами, с редкой улыбкой, внезапно, осветлявшей её обычно хмурое лицо. Она рано покинула дом, уехала в Москву, занялась живописью и стала достаточно известной в либеральных и диссидентских кругах.

Естественно брат и сестра не поддерживали никаких отношений. Всё было бы ничего, пока Лена не связалась с Гершензоном - маргинальным композитром, сочинявшим никому в стране не нужную музыку. Поскольку Гершензон к тому же оказался и дураком, упрямо отвергавшим разумные советы властей - успокоится и заняться делом, было решено выслать его из страны. В трёхдневный срок он и Лена оказались в Вене без денег и друзей но зато с двумя чемоданами: в одном было бельё, в другом - ноты.

Тяжко пришлось тогда (уже капитану) Дуеву. Пришлось ему побегать по начальству, пооббивать пороги. На волоске висела карьера. Но всё обошлось. Начальство решило мудро: ничего, ещё злее будет к врагам власти и благодарнее к нам - его старшим товарищам. Потому что вину свою будет помнить и чувствовать - всегда.