Истинная очередь

Истинная очередь (ИО), как говорили, тянулась несколько тысяч километров. Вообще, никто, кроме роботов-обеспечителей не знал ее реальных размеров. Люди стояли в ней поколениями, и не было еще такого везунчика, который достиг бы Двери Истины при жизни, не передав это право последующим поколениям.

В очереди были свои порядки. Попав в нее, Антон быстро отвык от понятий «сосед слева» или «сосед сверху» — в ИО были только «сосед сзади» и «сосед спереди». Два раза в день машины с роботами-обеспечителями развозили вдоль очереди провиант, а так же доставляли другие нужные вещи — одежду, средства гигиены, сигареты — в общем, все, нужное для поддержания нормальной жизнедеятельности очередников. Кто-то даже получал газеты и книги, хотя в последние несколько десятилетий люди перестали выпускать печатную продукцию, и занимались этим исключительно роботы; мало кому нравилась синтетическая проза или скомпилированные новости, даже не взирая на то, что ничего другого многие и не знали.

Так же в ИО ходили свои истории. Приехав сюда… Кстати, стоит упомянуть, что ехал Антон не один день, и даже не одну неделю. Он ехал на поезде, потом на пароме, потом еще на поезде, далее его вез трансатлантический лайнер, поезд и опять поезд, и напоследок еще автобус. Он и не подозревал, сидя у себя дома в Ричмонде, что мир, начинающийся за Белым Камнем такой разнообразный. А последние три сотни километров он проделал вдоль ИО, и все думал и думал, как так — люди стоят всю жизнь, и ради чего? Ради того, чтобы передать свое место наследнику, который тоже, скорее всего, не достигнет Двери Истины. Хотя, с другой стороны, и вне очереди — все то же самое. Человек из кожи вон лезет, всю жизнь вкалывает, забывает про себя — и все для небольшого шанса потомку выбиться куда-то… А потомок берет этот шанс — и тратит его на работу длинной в жизнь, заботясь уже о своем потомке. Вечная череда людей, не знающих настоящего, видящих только то, что выгодно в будущем, причем даже не их собственном. В общем-то, мысли эти ютились в голове Антона задолго до начала его путешествия, и частично они сподвигли его занять место деда — иначе бы он пошел по стопам отца, который наотрез отказался «стремиться к какой-то непонятной и ненужной Истине, которую для людей придумали роботы».

Ну, так вот, приехав сюда, Антон первым делом познакомился с ближайшими соседями. Сзади стоял Васон, человек непонятной наружности — что-то вроде смеси китайца и афроамериканца. Он оказался книжником (любил читать), и часто в процессе чтения выискивал огрехи. Однажды он объяснил, что его родители страдали редкой формой шизофрении под названием «романтизм» («Это когда человек считает, что прошлое было лучше, и эта его точка зрения принимает патологический характер», — объяснил он), и дали ему домашнее гуманитарное образование. Часто он говорил:

— Черт, ну разве же можно так писать?! Эти роботы не понимают совершенно ничего в человеческих чувствах.

Васон тоже унаследовал место от деда.

Сосед спереди, Роберт, посмеивался над Васоном. Он был высок ростом, сед как снег и однажды сообщил, что родился в очереди («Мать попала в очередь уже беременная, и роды принимал ее сосед спереди», — гордо сказал он). Роберт тоже читал иногда, но его круг чтения ограничивался еженедельным изданием «Очередные истории», которое выпускали роботы на основании записей с камер наблюдения. В общем-то, это было единственное издание, в выпуске которого хоть какое-то участие принимали люди. И в этом издании, кроме реальных историй, иногда попадались потешные выдумки. Однажды Роберт даже зачитал одну из них Антону — хотя он очень не любил что-либо цитировать.

— Во! — сказал Роберт. — Послушай, действительно смешно.

— Давай, — ответил Антон.

— Как-то стоял в очереди неприметный человек по имени Кир. Причем он стоял уже в третьем поколении, и до Двери Истины оставалось всего ничего — полкилометра где-то. И однажды, проснувшись утром, он обнаружил рядом с собой здоровенного детину, стоящего вне очереди. «Эй, плюгавик, — сказал детина, — подвинься, пусти человека». Кир запротестовал, но детина грубо оттолкнул его назад и встал перед ним. «Ты что творишь?! — злобно спросил сосед сзади. — Какого черта ты пускаешь кого-то перед собой?!!» А что было делать Киру? Сосед сзади давил на него, и Кир не выдержал. «Да пошли вы все! — воскликнул он. — Не нужна мне ваша Истина!» И ушел из очереди. — Роберт поржал. — Не, ну прикинь? Простоял несколько поколений и из-за такой фигни ушел.

— Этого не может быть, — промолвил Васон. — Подобные конфликты встречались, и роботы-обеспечители безжалостно уничтожали нарушителей.

— Ну, так это же анекдот, — обиделся Роберт и больше не цитировал ничего.