Иссавель: Зов Крови

Изображения на обложке романа куплены на лицензионном фотостоке shutterstock.com

Пролог

Мужчина в балахоне цвета загустевшей крови, чуть сгорбившись, постучал в обветшалую избушку. От нее за версту несло сыростью и смертью. Незнакомец улыбнулся уголками губ, когда дверь со скрипом отворилась, пропуская его внутрь. Ветер словно толкал его вперед.

– Долго же ты шел, – прошелестел вкрадчивый голос, от которого по всему телу гостя расползлись мурашки. Но не от страха, а от трепета. Даже от всепоглощающего счастья.

Мужчина поклонился и аккуратным движением руки, снял капюшон, показывая лицо.

– Неожиданно, – задумчиво произнёс голос, – И, тем не менее, очень занятно. Не думал, что настолько молодые люди столь черны душой. Ты послужишь мне даос1. Я признаю тебя, как истинно верующего. Воздух полоснул по ладоням жреца, пуская кровь.

Вокруг даоса заискрилась энергия, чернея в воздухе и впитываясь в кожу мужчины через открытые раны. Он рухнул на колени, склонил голову и сложил руки, словно в молитве:

–Alda marr deri inctaren dubh ashayne!

Из горла даоса вырвался отчаянный крик боли и заглох вместе с прорастающей в нём тьмой. Когда в избе стало тихо, новоявленный даос склонил голову, вытер выступившие слёзы с щек и накинул капюшон обратно на голову.

– Слушаюсь, повелитель, – прохрипел он, поднимаясь, – Да пребудет в мире Хаос2, да возродится ваша власть.

Тихий смех нарастал, пока из ушей жреца не потекла кровь.

– Ты знаешь, что нужно делать, – холод голоса сковал слугу, – Ошибки караются вечными муками.

Жрец блаженно улыбнулся и опустился на колени.

– Да будет так!

Мужчина закатил глаза и провалился в бездну, будучи полностью истощённым от приобретённой силы и от груза ответственности, возлёгшей на его плечи. Теперь он всем докажет, что достоин.

____________________________________________________

1.Даос – жрец Хаоса

2. Хаос, Кхорн – бог разрушения, полная противоположность свету.

Глава 1.По мне плачет театральное

От знаний еще никто не умирал, но рисковать не стоит

Если накосячил – прими с гордо поднятой головой наказание. Я же, будучи заядлой спорщицей пропустила мимо ушей этот важный урок в жизни. И теперь, с замиранием сердца, нервно теребя гриву коня, смотрела перед собой и икала, рассматривая наглухо запертые врата учебного заведения: драганской Академии Стихий и Бедствий.

Набрала воздуха в рот и замерла. Икота прошла, нервозность осталась.

– Все обойдется, милый, – проворковала я другу, – Мы справимся и без опеки папы.

Дело в том, что я разозлила папеньку, да так сильно, что он назвал меня глупой принцессой и отправил учиться! У меня с самого детства в услужении были лучшие преподаватели Транливии и продолжать обучаться где-то, помимо королевского дворца не планировала.

Зря я играла с конюхом в карты, зря…

Три седмицы назад, Арвен предложил мне прогулять занятие по некромантии и порезаться в карты на желание. Конюха, я считала своим другом, да и в тот день грызть монумент науки не хотелось. Вообще. Согласилась, даже не задумавшись, чем это может грозить…

Папенька расстроился, потому что занятие проводил он. И на мои заверения отреагировал бурно:

– С меня довольно! Безалаберность с такими магическими силами опасна. Дисциплина, как у глупой принцессы, которая годна лишь на….

– На что, папенька? – спросила, краснея.

– Хочешь жить, как тебе нравится, останавливать не буду, – успокоившись, равнодушно начал говорить, – Но, и на самотек пускать твой дар нельзя, иначе выстрелит, не хуже, чем из зачарованного арбалета. Я, сомневаюсь, что ты сможешь куда-нибудь поступить…

Папа всегда знал, что я делаю все наперекор. Говорят, нельзя – значит, мне нужно это позарез. Кричат, что не получится – добьюсь своего любой ценой.

Доспорились мы до того, что я отправилась поступать в Академию Бедствий, которая располагалась в драконьем государстве Аугорелия, в славном граде Драган.

Конечно, как он только мог подумать, что потомственная некромантка, темная от кончиков пальцев ног до остроконечных эльфийских ушей не справится!

Сейчас, я понимаю, что поступила глупо и можно было переждать бурю гнева папеньки. Но сделанного назад не воротишь, а если вернусь, то припоминать мне это будут при каждом промахе.

– Хорошо, что тебя мне разрешили взять, – прислонилась к сильному боку Мора, – Две с половиной седмицы в пути, три дня голодовки и бессонницы, – пробормотала я, – Мы с тобой, милый, просто герои.

Мор – мой породистый жеребец цербера. Таких выводят только в Транливии и позволить себе могут родовитые семьи. Зачатую их покупают сразу после рождения, чтобы вырастить для хозяина. Церберы верные, быстрые и опасные. И у них прекрасный нюх. Лучше чем у оборотня. Мой конь был моим другом, который всегда подставит спину, когда я падаю.

И вот сейчас, избавившись от икоты и нервного подергивания глаза, я думала, что удача отвернулась от меня окончательно.

… Я устала.

… У меня нет ни документов, ни денег.

… Обратно возвращаться нельзя.

… Прием на первый курс в Академию завершился полчаса назад.