Испанский вояж

— «Супервояж-тур» слушает!

— Это Либенсон. Леру Хмельникову.

— Соединяю.

— Павел Григорьевич, слушаю.

— Миленькая, у тебя есть номер нашего отеля?

— Какого, Павел Григорьевич?

— Здесь, на Корсике, ты что, забыла, где я?

— Нет, я просто бронирую вам сейчас Португалию на восемнадцатое, думала, вы хотите что-нибудь уточнить.

— Какая Португалия. В этот отель звони.

— Да, конечно, а что случилось?

— Мы на необитаемом острове с Аллочкой. Позвони, скажи, чтобы прислали катер.

— А как вы там оказались, Павел Григорьевич?

— Мы по твоему совету поплыли на романтическую прогулку. Как только высадились на этом острове, матрос куда-то сбежал.

— Давно?

— Уже часа три прошло. Я есть хочу, темнеет. Звони в отель срочно.

— Павел Григорьевич, не волнуйтесь. Он вас специально оставил наедине ровно на три часа.

— Но зачем так надолго? Нет, что-то случилось, звони в отель, пусть высылают катер, пока не стемнело. У них должен быть наш маршрут.

— Хорошо, звоню. Татьяна, у тебя вся информация по особо важным клиентам, посмотри там телефон отеля, куда мы Либенсона отправили.

— Пиши: 045-721-14-20-10, а что у него?

— Его на острове забыли, а он есть хочет.

— Желания одного такого клиента — залог грядущей зарплаты для всей компании. Да, тебе сестра звонила, просила напомнить, что она к вечеру зайдет.

— У нас курьер из посольств уже вернулся?

— Еще не видела. Возьми трубку, тебя.

— «Супервояж-тур», слушаю.

— Это Байков, мы с женой в Вене на вокзале.

— Хорошо, вы нашли ваш поезд?

— Да, мы как раз с платформы вам звоним. У нас билеты в первый класс, как нам его найти?

— На вагоне должна стоять цифра один, видите?

— Нет, никаких цифр нет, подождите, мы пройдем вдоль поезда. Точно, никаких цифр. Поезд скоро тронется. Что нам делать?

— Садитесь в любой вагон. Контролер, когда будет проверять билеты, отведет вас в первый класс.

— А если в этом поезде нет первого класса?

— Тогда вам в Москве вернут разницу. Счастливого пути.

— Лера, ты что даешь им такие обещания? Ты же знаешь, шеф не любит никаких возвратов.

— Я должна была это им сказать, а то бы они так и остались на платформе. Жалко же людей.

— Ты себя пожалей. Возьми трубку, опять Либенсон.

— Миленькая, не надо звонить, матрос пришел. Мы уже плывем в отель.

— Я рада.

— Послушай, мне через три дня надо быть в Малаге, но только через Рим, бронируй Эр-Франс, у них есть вечерний рейс. И один билет до Москвы, тоже из Рима. Запомнила?

— Записала, Павел Григорьевич.

— Сестрица, привет! Дозвониться до тебя невозможно.

— Привет, Маришка, мне передали, что ты зайдешь к вечеру.

— А сейчас, по-твоему, утро?

— Ох, уже полшестого. Ты за документами?

— Да, мне кажется, я завтра в отпуск улетаю или нет? Ты что, про наши паспорта и билеты забыла?

— Нет, но я их еще не получила. Подожди, сейчас позвоню в службу виз. Ты уже собралась? Солнцезащитный крем купила?

— А зачем собираться, если ни паспортов, ни билетов нет? Я тебя за месяц просила сделать все по-человечески, неужели так трудно?

— Я тебе главное сделала — места в отеле есть. Отель классный и недорогой. А все остальное мы еще успеем, были бы визы. Алло, это Лера, девочки, из испанского посольства паспорта привезли? Посмотрите, Столярова и Соседова есть? Спасибо. Все в порядке, не стой над душой, иди пакуй чемоданы. Я вечером заеду и все привезу.

— Привези хоть к утру. Страховку не забудь.

— Ваше величество ужинает во дворце? — спросил слуга Родригес, снимая влажный тяжелый плащ с плеч короля Испании Педро II.

— По мне Севилья хороша только летом, уж очень дождливый здесь декабрь, — король, вернувшийся с вечерней службы в соборе Санта-Мария, был раздражен. И хотя королевская часовня и была небольшой и хорошо отгороженной от всего собора, само это громоздкое, хранящее следы бесконечных переделок и достроек сооружение каждый раз доводило его до головной боли. Король сожалел, что его предок, освободив Севилью от неверных, не снес, как полагалось, мусульманскую мечеть и огромный минарет.