Искусство наступать на швабру

Невзрачный господин в богемного вида клетчатом шарфе, весьма живописно накинутом прямо поверх строгого темного костюма, сидел за огромным письменным столом и грозно глядел на двух типов в давно вышедших не только из моды, но вообще из употребления болоньевых плащах. Типы смущенно переминались с ноги на ногу посреди обширного, но скромно обставленного кабинета.

– Ну? – прервал господин в шарфе затянувшееся молчание, будто полоснул ножом по ткани. – Что скажете?

– Да не виноваты мы, господин босс, – по-кроличьи залопотал первый, судорожно теребя велюровую шляпу. – Мы ж не знали, что...

– Вы все знали, – ледяным голосом заговорил господин босс, буравя своих подчиненных удавьим взглядом из-под огромных очков в золотой оправе. – Что я вам, ослам, велел? Проникнуть в поезд и прощупать указанного пассажира. Но не убивать! Мне он был нужен живым, а не...

– Так мы ж все делали по вашим указаниям, шеф, – плачущим голосом заговорил второй человек в плаще. – А что нам еще оставалось, когда он полез во внутренний карман? Мы же не знали, что за очками. Пристрелил бы, и тогда что?

– И правильно бы сделал! – в сердцах загремел шеф. – Господи, с какими олухами мне приходится работать... Ну ладно, застрелили так застрелили, но какой дьявол мешал вам порыться в его вещах?

– Так мы же рылись! – чуть не в голос заговорили оба "плаща". – Да как еще рылись! Все белье перекопали, а кроме "ксивы", никаких бумаг не нашли. Да и та фальшивая...

– А в кейс заглянуть не додумались?

– И в кейс тоже заглянули, – зачастил первый "плащ", – а там арифмометр электронный. Что вам с него толку?

– Придурки, – безнадежно махнул рукой босс. – Арифмометр... Вы что, о компьютерах никогда не слыхали?

– А, так это был компьютер! – радостно протянул второй. – Я ж тебе говорил, давай прихватим, покажем шефу, а ты мне – арифмометр, арифмометр...

– Сам ты арифмометр, – обозлился первый. – Только и знаешь, елки-моталки, как пушкой бренчать!

– Цыц! – Шеф пристукнул по столу тяжелой металлической чернильницей, выполненной в виде мавзолея. – Не умничать мне тут! Даю вам шанс на исправление. С завтрашнего дня будете вести наружное наблюдение за новым объектом. Имя и адрес вам сообщат. И без самодеятельности! Если и это завалите, то пеняйте на себя. Все, свободны.

Радостные, что так легко отделались, "плащи" выскользнули из комнаты, а их босс, поплотнее запахнув клетчатый шарф, полез в стол, извлек оттуда лист бумаги и, обмакнув перо в чернильницу, начал что-то записывать.

Стоял великолепный осенний денек, случающийся иногда в пору бабьего лета. В придачу он еще и выпал на воскресенье, и оттого садово-дачный кооператив "Жаворонки" был необычно многолюден. Сразу несколько огородников и их гостей сидели на веранде одной из дачек, которую точнее было бы назвать хибаркой, за большим столом и, вооружившись ножами, чистили грибы.

– Где это вы, Владлен Серапионыч, столько набрали? – спросила хозяйка дачи Ольга Ильинична Заплатина, малопримечательная на первый взгляд женщина, по внешнему виду которой трудно было бы сказать, что она – известная кислоярская писательница.

– А у меня, знаете ли, места знакомые, – горделиво ответил Владлен Серапионыч. Он-то и был тем грибником, что обеспечил своих друзей работой по меньшей мере на ближайшие пол часа, но зато в самом недалеком будущем -вкуснейшим обедом.

Владлен Серапионыч по своему внешнему облику отчасти походил на земского доктора из рассказов Чехова. Да он и в самом деле был врачом, хотя отнюдь не земским. Однако о роде его медицинских занятий мы узнаем чуть позже.

– Ну и красавец, – восхищенно протянул статный молодой человек, разглядывая огромный боровик, – даже резать жалко. Эх, фотоаппарат не прихватил, а то ведь никто ж не поверит, что такие грибы на свете бывают... – Слова молодого человека прервал какой-то писк. – Прошу прощения, – он достал из внутреннего кармана куртки мобильный телефон. – Слушаю. А, это ты! Нет-нет, после, сейчас я занят, к тому же не один. Что, неужели настолько важное сообщение? Ну ладно, перезвони мне попозже... Что поделаешь, работа есть работа, – вздохнул он, возвращая телефон за пазуху, и, решительно разрезав чудо-боровик пополам, печально констатировал: – Увы, червивый.

– Да уж, Василий Николаич, беспокойная у вас работка, – покачала головой хозяйка. – Даже по воскресеньям, и то...

– Зато и безработица мне, к сожалению, в обозримом будущем не грозит, – Василий Николаевич кинул остатки боровика в кучку очистков и взялся за подосиновик на длинной темной ножке.

– Что поделаешь, ведь пока в обществе существует преступность, будут существовать и сыщики, – вздохнул доктор Серапионыч. Из этой фразы непосвященный читатель наверняка сделал бы вывод, что Василий Николаевич Дубов служит в милиции – и ошибся бы. А почему – это мы услышим из его ответа.