Искушение желанием (СИ)

Будильник в телефоне разорвал тишину назойливой мелодией, заставив Ирину с трудом разлепить глаза и протянуть к гаджету руку. Стараясь снова не погрузиться в сладкий сон, позабыв о надоевшей за последнее время работе, девушка перекатилась на бок и постаралась сфокусировать взгляд на единственном мужчине, надолго застрявшем в ее жизни, — зеленом фикусе, стоящем в углу комнаты. Порой она чувствовала себя знаменитым киллером, таскавшимся по жизни с цветком, так и не сумевшим найти себе пристанище. Скривив губы в кислой улыбке, Ира подумала, что неплохо бы было давно дать ему имя, раз он стал ее полноправным партнером.

— Аркадий, — пробормотала она и откинула одеяло. — Доброе утро.

В окно уже жарило летнее солнце и стремилось к зениту, но девушка не чувствовала себя отдохнувшей. Наоборот, ей казалось, что голова упала на подушку всего несколько минут назад. И немудрено, потому что дома она оказалась лишь в три часа ночи. Лето — прекрасная пора для отдыха на море или природе с друзьями, для наслаждения солнцем, теплой компанией и весельем. Но для людей с такой профессией, как у нее, лето — еще и сезон свадеб, разнообразных торжеств и банкетов, которые нужно организовать, обеспечить безупречным обслуживанием и наполнить столы всевозможными яствами. Ирина была администратором ресторана.

Собрав волю в кулак, она приняла вертикальное положение и спустила ноги на прохладный пол. Кроме того, что в последнее время на работе находиться было невыносимо, так еще и в личной жизни у девушки был полный раздрай. В свои двадцать четыре года она уже успела пожить с мужчиной в два раза старше себя, разочароваться в этом и снова остаться одной. Пару месяцев назад она решила сменить место жительства и вместе с Аркадием переехала на съемную квартиру к лучшей подруге.

Заставив себя таки оторвать попку от кровати, Ира пошлепала босыми пятками по коридорам квартиры, наслаждаясь тишиной и единением со своими мыслями. Бывший мужчина Веремеевой не церемонился с ней и на позднее возвращение с работы плевать хотел с высокой колокольни, да и вообще ее занятие не считал чем-то важным. Для него работа в ресторане была временной, незначительной и не требующей больших усилий, хотя ресторан, в котором она работала, был высочайшего класса и приносил приличный доход. Кроме этого он постоянно допытывался, когда же она найдет нормальную работу, с насмешкой интересовался «сколько клиентов она за день обслужила» и совершенно не обращал внимание на то, что его слова сильно задевали девушку. Теперь же она жила в относительном спокойствии квартиры, которую снимала на пару со своей лучшей подругой Аней, сладко посапывающей в данный момент в соседней комнате, и могла просыпаться в то время, которое было удобно ей самой. К слову сказать, Аня всегда считала Генку «тем еще козлом», и стоило Ирине показаться у нее на пороге с дорожными сумками наперевес, как девушка покачала головой и с философским выражением лица кивнула в сторону кухни, готовая залечивать душевные раны подруги долгими разговорами и отпаивать красным терапевтическим винишком. В отличие от самой Ирины у Ани была нормальная, с точки зрения Геннадия, работа в офисе с восьмичасовым рабочим днем, выходными, премией и тринадцатой зарплатой. А еще невероятно насыщенная личная жизнь, множество поклонников и непреодолимая тяга к вредным привычкам, в связи с чем, по мнению того же Геннадия, в подруги его девушке она не годилась.

Добравшись до ванной комнаты, Веремеева достала зубную щетку и застыла перед небольшим покрытым белесыми брызгами от зубной пасты зеркалом, откуда на нее смотрело бледнокожее существо с всклокоченными рыжими волосами и уставшими зелеными глазами, казавшимися на пол-лица из-за неестественной худобы и темных кругов под ними. Ирина вздохнула и уселась на кромку ванны, чтобы не светить физиономией перед зеркалом, пока она приводит ее в божеский вид.