Исход из Египта

Иоахим сидел на краю скалы, уходящей своим основанием в море, и, пригревшись в лучах полуденного солнца задумчиво смотрел на водный горизонт. Он помнил, как еще совсем маленьким он сидел на этой же скале и его любимым занятием было бросать в море недалеко от берега красивые камушки, которые он сам же и набирал на берегу. Ему хотелось, чтобы камушки, которые он бросал, легли на дно как можно ближе друг к другу. Затем он слезал со скалы, собирал их, и все повторялось вновь. Так он мог играть целый день.

Теперь же, когда он вырос и стал юношей, он любил смотреть на море и слушать его: иногда оно издавало ласковые безмятежные звуки, иногда – настораживающие и будоражащие душу и сердце. Порой из глубин моря поднимались звуки, похожие на ласковую нежную песню, и казалось, что эта песня слышна и предназначена только ему – Иоахиму и поет ее девушка прекрасная сердцем и душой – его девушка. Песню сопровождал постоянный шорох песка на берегу, побеспокоенного набегавшими морскими волнами. «За этим морем целый мир со своими горами и пустынями, – думал он. – А может, там огромные поля цветов, такие, как иногда вырастают здесь, в пустыне то тут, то там? Может, там живет множество людей, и они ничего не знают о нас, а мы о них? Когда-нибудь я переплыву это море и отправлюсь путешествовать в тот мир».

Все называли море Чермным, то есть Красным, но почему именно так, никто не знал. Ни вода, ни то, что могло бы отражаться в ней, не было красным. По рассказам стариков, когда-то давно, когда еще Иоахим на свете не было, мимо их поселка проходил паломник. Шел он берегом моря, чтобы не заблудиться в пустыне. На вопрос о том, имеет ли море имя, тот ответил, что идет он из богатой страны Египет, которая расположена тоже на берегу этого моря. Там вокруг моря стоят красные горы, и вода в море кажется темно-красной, потому и называется оно Чермным. Еще он сказал, что Египтом правит фараон и что видел он в той стране много людей, обликом похожим на живущих здесь. Больше из его слов в людской памяти ничего не осталось.

Все в поселке помнили предание: давно-давно, и не счесть года, люди их племени, когда повсюду был голод и мор, искали дорогу в некую богатую и сытую страну. Идти было далеко, и путь пролегал через каменистую пустыню. Жара стояла страшная, и иногда люди останавливались отдохнуть, прячась от солнца за скалами, которых вокруг было в достаточном количестве. Вглубь пустыни не ходили, понимали, что реки и ручьи впадают в море и найти пресную воду можно вероятнее всего, если придерживаться его берега. Обессилевшее и изголодавшееся племя оставляло за собой множество мертвых, быстро на жаре иссыхавших и превращавшихся в скелеты, обтянутые кожей. Мертвых не хоронили – сил не было, и живые упорно продолжали свой путь. Прошло племя и мимо этих мест. Удобная для рыбной ловли бухта привлекла внимание людей, и те, кто совершенно обессилел и только с большим трудом мог идти дальше, остались здесь. Так появилось их поселение.

Было неизвестно, что стало с теми, кто пошел дальше. Дошли они до той страны или так и погибли от голода в пустыне, которая простиралась от моря и насколько хватало глаз. Еще никто из их племени не возвращался оттуда. Вспоминая слова паломника, Иоахим думал: «Может, это именно люди нашего племени все-таки дошли до желанной страны?»

Он снова посмотрел на море и представил себе, что напротив, за этими водами находится волшебная страна, где можно есть вдоволь хлеба и мяса, а не только рыбу. Иногда на том берегу в ясную погоду мальчику казалось, что он видит толи холмы толи горы, а ночью – огни, но никогда рыбаки не отваживались переплыть море на своих утлых лодках, и никогда с того берега никто не приплывал.

Рыбацкий поселок, в котором он жил, был бедный: когда рыба не ловилась, люди жили впроголодь, и поэтому дети в семьях начинали помогать родителям с раннего детства. Помимо рыбной ловли жители поселка занимались и земледельем, но земля здесь рожала скудно, и лепешки были праздником. Поселок находился неподалеку от моря, на пологом, но высоком холме, и, если мальчик был нужен родителям, они звали его, не отходя от их своей лачуги. Всего в семье было шестеро детей, Иоахим был старший. Пока только он один мог помогать отцу, когда тот выходил в море на рыбную ловлю. Мальчик был худощав, жилист, невысокого роста и задумчивого склада характера. На вид ему было лет четырнадцать. Он легко и ловко справлялся с рыбацкими обязанностями. Отец гордился им и иногда искоса довольно поглядывал на него, незаметно улыбаясь. Морщины у отца разглаживались, и он подумывал про себя: «Будет кому передать дело – если что, Иоахим прокормит детей, пока они маленькие, а там и они начнут работать». Сегодня они с отцом решили не выходить в море, и мальчик был предоставлен сам себе: мама чувствовала себя очень слабой – она ждала еще одного ребенка, и Иоахим с утра отправился на берег моря, чтобы распутать сети и развесить их сушиться.