Исцеление

Седые патлы тумана медленно извивались среди деревьев, словно щупальца кракена. От их холодного прикосновения к коже под тонкой рубахой мышцы скручивались в тугие жгуты и каменели. Но разум привычно заставлял тренированное тело, освобождённое от стёганного поддоспешника, неслышно двигаться вперёд, перетекая среди лесных великанов чужой земли. Глаза старательно ловили малейшее движение в предрассветной мгле, но всё же главным союзником крадущегося человеческого принца в это утро был слух.

В землях вирхов одинокий воин имел очень скромные шансы выжить и вернуться домой. В прочем, у небольшого отряда шансы были не на много выше. В этом люди успели убедиться примерно полгода назад, когда по приказу короля полдюжины бывалых разведчиков впервые ушли далеко на восток за Реку Тысячи Туманов и попросту перестали быть. И единственный вернувшийся из того похода человек долгое время не мог не то что объяснить, что с ними произошло, но и вообще сказать хоть что-то вразумительное. Каждый раз, когда речь заходила о случившемся с его товарищами, его наполнял почти животный ужас.

После этого на поиски отправились два десятка хорошо вооружённых воинов под предводительством кронпринца Западного Королевства. Но когда нашли тела исчезнувших людей, кого-то из молодых солдат вывернуло наизнанку.

Пять трупов, невысоко подвешенных за руки на ветвях старого раскидистого дерева, были сильно обезображены временем и зверьём. Но суть того, что с ними сделали, всё же можно было уловить. У всех были вскрыты животы, и остатки внутренностей висели вдоль ног. Одному из разведчиков особо не повезло – к его требухе протоптали едва заметную тропинку обитатели недальнего муравейника. Оставалось надеяться, что случилось это уже после его смерти.

Рядом, прямо под деревом, было аккуратно сложено всё их оружие и одежда. Нигде не было видно выпущенных из арбалетов болтов. Все ножи и короткие мечи, незапачканные кровью, покоились в своих ножнах на перевязях. Будто их хозяева по доброй воле раздевались один за другим и шли туда, куда им говорили.

До того дня никто из людей никогда не видел крылатых вирхов и не знал, что собой представляет этот народ. Однако теперь мало кто сомневался в том, что они – кровожадные твари, поклоняющиеся чёрному колдовству. По-другому объяснить увиденное было невозможно.

Среди людей же сильные чародеи не встречались вообще. Были травники, знахари, которые составляли эликсиры от недугов или заговаривали болезни. В храмах жрецы обращались за советом и помощью к богам. И иногда – очень редко – те в ответ посылали людям частицы своего света, которые стоили целое состояние. Потому позволить себе оберег из них могли только избранные. Например, кронпринц, на груди которого на простом кожаном шнурке сейчас и висела маленькая прозрачная капелька, хрупкая оболочка которой едва заметно светилась на загорелой коже. Она гасила любую магию, направленную на её владельца.

На этом волшебная сила людей, к сожалению, исчерпывалась.

«И жаль, что такого камушка не оказалось ни у кого из погибших», – думал Коста всякий раз, когда вспоминал увиденное там, у старого дерева…

Внезапно лес будто расступился, и прямо перед ним словно из-под земли вырос белоснежный гладкий бок утёса. И в ту же минуту неясный шорох за спиной заставил человека обернуться и вскинуть зажатые в руках короткий меч и широкий кинжал-приспешник. Все лишние мысли тут же выветрились из его головы. Хотя нет, не все. Одна осталась. О том, что сделает с ним маршал Ба́ру – его персональная нянька, навязанная отцом, – если обнаружит его исчезновение из лагеря до того, как принц вернётся. Вернее, если принц вернётся. Ну, а если не вернётся, то старый вояка сначала отыщет его хладные останки, а уж потом что-нибудь с ними сделает.

От этой до идиотизма неуместной мысли губы принца тронула язвительная усмешка, а умирать резко расхотелось.

Он, если честно, и сам не понимал до концам, что так настойчиво потянуло его в чащу раскинувшегося по левой руке от армии людей леса, едва тени между деревьев из непроглядно чёрных посветлели до тёмно-лиловых. Что-то будто звало вглубь, невзирая на туман, холод и знание того, что через час-полтора их армия должна будет вступить в бой с засевшими на холмистой гряде вирхами. И вот теперь за спиной у принца высилась гладкая каменная стена, откуда-то из-за деревьев того и гляди вылетит смерть, оседлав стрелу удачливого вирха, а бежать-то особо и некуда. Да и незачем. Благородные рыцари от врага не бегают. Тем более принцы крови. Так что ежели сейчас кто рассматривает его из-за тёмных стволов, то ещё успеет оценить мастерство первого меча Западного Королевства. Сам он, как баран, на жертвенник не пойдёт. Хвала богам, магия на него не действует.

Коста дотронулся тыльной стороной ладони, сжимавшей рукоять кинжала, до тёплой грани прозрачного оберега и медленно отступил назад, увеличивая расстояние между собой и лесным строем.