Интуиция

— Ладно, милая, пора вставать, — оживленно говорит Булочка, впорхнув в мою комнату. Она направляется к окнам и открывает шторы, тем самым рассевая мрак. Комната заливается светом, заставляя меня щуриться и закрыть глаза.

— Булочка, что ты здесь делаешь? — сипло спрашиваю ее я, прикрыв глаза рукой. Я люблю свою комнату в Крествудском доме Рида, но через окна поступает слишком много света. — Разве не предполагается, что до следующий недели ты должна быть у Рассела дома? — в замешательстве спрашиваю я, прижимая к себе подушку и поднимаясь в сидячие положение.

— Эви, разве ты не взволнованна встречей со мной? — Булочка кладет руки на бедра, оценивающе глядя на меня. Уверена, что выгляжу действительно плохо, потому что сегодня я еще не расчесывала волосы, так что, наверное, я очень лохматая.

— Конечно, я рада тебя видеть, я скучала по тебе. Как прошел твой отпуск на юге? — спрашиваю я, думая о том, как по телефону Булочка тепло и красиво описывает семью Рассела.

Она и Брауни на зимние каникулы отправились домой к Расселу в Северную Каролину в качестве защиты, чтобы он повидаться со своей семьей. Брауни представилась как подруга Рассела, в то время как Булочка притворилась ее сестрой. Они без труда с этим справились, потому что обе были лесными нимфами, что, кажется, было семейным. Учитывая тот факт, то у них обоих были светлые волосы и голубые глаза, это только укрепило их легенду. В любом случае, я уверена, что семья Рассела не заподозрила, что они ангелы, ведь я даже не подозревала об этом, пока я не увидела их с ангельскими крыльями.

— Это было очень весело и очень мило, у меня было удивительное время. Скарлетт, сестра Рассела, такая же, как и мы. В любой момент она готова к неприятностям, — говорит Булочка, проницательно смотря на меня.

— Рассел тоже вернулся? — спрашиваю ее я, поудобнее устраиваясь на кровати и потирая глаза.

— Рассел все еще дома со своей семьей. Брауни осталась там, с ним. У них все отлично. Они вернутся за несколько дней до начала занятий. Я вернулась раньше, потому что мне позвонил Рид, — неодобрительно говорит она.

— Что он сделал? Ты должна была остаться с Расселом. Он нуждается в тебе. Что если что-то случится? — спрашиваю я, еще чувствуя неудобство от того, что Рассел все еще за несколько тысяч миль только с Брауни для защиты; даже если учесть, что в бою, она сильная и злобная, это все еще беспокоит меня, потому что Падшие ангелы еще более порочны.

— Ничего не случиться. У них все отлично. С другой стороны, у тебя — нет. Рид говорит, что ты не встаешь с постели. Он беспокоится, — строго говорит она, глядя на меня так, будто я ее подвела.

— Я встаю с кровати, — с хмурым взглядом говорю я, пытаясь вспомнить, когда последний раз вставала. Я думаю, это было вчера… или нет. — Я просто устала, — защищаясь? — заканчиваю я.

— Нет, это ты сама снова делаешь себя беспомощной, как ты делала это раньше, когда не разговаривала с Ридом. Не думаю, что смогу пережить еще один твой срыв, что ты сейчас и делаешь, — говорит Булочка, без усилий вытащив меня из постели, потому что она действительно очень сильная. — Я не хочу ни чего слышать, пока ты не примешь душ и не оденешься. Время идет, пойдем, — с боевым настроем говорит она.

— ОТЛИЧНО! — резко отвечаю я и проношусь в сторону ванной комнаты. После этого, я принимаю душ, одеваюсь, и присоединяюсь к Булочке. Она сидела на моей кровати, ожидая меня.

— Сегодня мы вытащим тебя из дома. Чем ты хотела бы заняться? — спрашивает Булочка, вставая с кровати и подходя ко мне в то время, как я стою возле открытых дверей шкафа.

— Нам разрешили покинуть дом? — в шоке спрашиваю ее я, потому что большую часть зимних каникул я не выходила из дома.

— Если у них есть с этим проблемы, сейчас мы решим их, — хмурится Булочка. — Не удивительно что ты в такой депрессии, сидя здесь и ничего не делая, а только вспоминая все, что произошло. Разве эти ангелы войны не могут все выяснить? — риторически спрашивает она. — Они должны идти на компромисс и отнестись к этому серьезно, и учитывать, что ты наполовину человек. Ты должна чем-то заниматься. Ты подросток! — говорит она, как будто это все объясняет.

Я все еще под домашним арестом, так как несколько недель назад я оправилась от ранения. Просто подумав о том, что тогда произошло, по моей спине бегут мурашки, и я прислоняюсь к двери шкафа. Я вряд ли могу думать о бойне в Seven-Eleven, не чувствуя накрывающую меня волну паники. Открывшиеся правда о моем бывшим друге Альфреде нанесла мне серьезный урон.

— Что мы будем делать? — спрашиваю я ее, чувствуя, что хочу доползти до кровати и заснуть.

— Давай начнем с пробежки, а потом подумаем о планах на завтрашний вечер. — с девчачьим волнением говорит Булочка.

— Что будет завтра вечером? — сконфуженно спрашиваю я ее, потому что даже не знаю, какой завтра день.

— Эви, завтра канун нового года. Разве ты не знаешь этого? — спрашивает она, обеспокоенно глядя на меня.

Я качаю головой.