Инструменты страждущих

Инструменты страждущих.

Глава 1.

Другая сторона.

Собеседник выглядел не совсем здоровым. Учитывая обстоятельства, это никак не могло оказаться правдой. За самочувствием обвиняемых в преступлениях против человечества следили тщательно. А судебный процесс начнется уже завтра. Вероятность того, что Рик Нейман страдает от серьезного недуга, почти нулевая. Хотя в его случае, никто не стал бы давать гарантии.

Линде давно не выпадал подобный шанс: разогнать собственную популярность в сети на интересном интервью или репортаже. Последние четыре года она поддерживала достигнутый результат, иногда запуская в Сеть откровенно дикие сюжеты или интервью с популярными персонами - однодневками. Но такими методами ее аудитория менялась не в лучшую сторону: адекватные, образованные и мыслящие люди начинали заменяться любителями дешевых сенсаций. А они, к великому сожалению, предпочитали поглощать контент или бесплатно, или за минимальную цену. Ее же интересовала аудитория иного качества и достатка, в начале карьеры она ориентировалась именно на них. И некоторое время ей удавалось поддерживать интерес такой публики, образованной и обеспеченной.

То, что ей удастся сейчас пообщаться с Нейманом, возможно, вернет популярность среди желаемой аудитории. Ей пришлось задействовать все свои связи, да и прилично потратиться, чтобы получить разрешение на интервью с этим парнем, которого завтра начнут судить по обвинению в массовом убийстве. И это только одно из обвинений. Обвинительный список у Рика Неймана внушительный.

У Линды имелся опыт общения с маньяками, психопатами и даже наемными убийцами. Она не гнушалась никого и ничего, что могло принести ей популярность и деньги. И этот сорокадвухлетний белый парень отличался от них. Линда давно лишилась наивного представления о том, что внешность может рассказать о характере или склонностях человека, однако в случае с Нейманом у нее имелась почти стопроцентная уверенность, что он не убийца. Она изучила о нем все доступные материалы: обычный этап подготовки к интервью. Ни про какие психические отклонения или склонность к насилию в ним не было и намека.

Неймана держали в гостиничном номере под охраной десятка бойцов из службы обеспечения процедур Международного Трибунала. Суд начнется завтра, вместе с Нейманом перед ним предстанет еще пара подсудимых. Вот эта пара и есть настоящие виновники того, что случилось, а Нейман — жертва обстоятельств, против которого сыграло и его американское прошлое.

В гостиной номера, достаточно просторной, с высокими потолками и большими окнами, прикрытыми черно-белыми жалюзи Линда отчетливо слышала тихий, но уверенный гул двигателей двух микро-дронов. Один из них, напичканный видеоаппаратурой и устройствами для трансляции, принадлежал ей, а второй выполнял функции надзирателя и охранника.

Дроны расположились над широким столом практически в центре гостиной. Ее медиа-аппарат успешно заменял видеооператора и техников связи. Стоил такой комплекс очень дорого, но она ни разу не пожалела о том, что потратилась на него. Постоянно нанимать команду обслуживающего персонала обошлось бы в итоге дороже.

Дрон-охранник уступал в размере ее аппарату, но и функционал у него куда проще.

Нейман вышел из спальни в сине-красном спортивном костюме. От него исходил резковатый, но приятный запах средства для увлажнения кожи, очень бледной, с каким-то сероватым оттенком, что и заставило ее думать о болезни. У этой бледности имелась еще одна загадка: Неймана доставили в Гаагу из Сомали, в Африке он провел последние четыре года, так что просто обязан был обзавестись загаром.

- Простите за мой внешний вид,- искренне извинился он, усаживаясь напротив нее в узкое кресло — она расположилась в таком же. - У меня неделю назад изъяли нейроинтерфейс. Это — последствия.

Линда печально вздохнула:

- Да, я понимаю, таковы правила.

Понимала она, конечно, только на словах. Чтобы полностью прочувствовать то, что испытывал сейчас Рик Нейман необходимо прожить с нейроинтерфейсом несколько лет, а потом лишиться его. Говорили, что это сильно смахивает на то, как лишиться зрения или слуха, полностью утратить возможность видеть или слышать. Нейман протянул руку, чтобы подвинуть к себе графин с водой, и она заметила длинный тонкий шрам за его левым ухом, а также то, что пальцы у него сильно дрожали.

- Я пользовался им двенадцать лет, так что это значительная потеря для организма.

Двенадцать лет использования нейроинтерфейса означало, что он имплантировал его одним из первых, как только эти устройства разрешили к свободной реализации гражданам США и ЕС.

- Вы согласились на беседу так быстро и легко, что у меня имеется обоснованное сомнение в ваших мотивах, господин Нейман.