Институты знания и технологии власти в современной модели экономического управления (СИ)

Соловьев О.Б. Институты знания и технологии власти в современной модели экономического управления // Вопросы философии. - 2009. - ? 8. - С. 17-27.

Институты знания и технологии власти в современной модели экономического управления

В модели экономического управления, объемлющей традиционные формы государственного регулирования экономики с возможными постиндустриальными инновациями в управлении и финансовой системе, суммируются два вектора - вектор собственно экономического развития общества и вектор реализации властных технологий. Первое в отечественной философии описывалось прежде в терминах социально-исторической теории К. Маркса, позднее на основании экономических моделей Дж. М. Кейнса, Ф. фон Хайека, М. Фридмана. Вместе с тем именно субъект власти и смысла решает, что нужно знать, какие инновации нужны обществу, на кого они "работают": делают ли они богатых ещё богаче, а бедных беднее. Как отмечает Б. А. Лиетар: "Реальная проблема - не в том, произойдут или нет изменения в денежных системах (они уже идут), а в том, понимаем ли мы, что подразумевается под такими изменениями" [1]. Иными словами, необходимо разработать такую модель экономического управления, при которой инновации не вступают в противоречие с реализацией властных технологий, но обеспечивают свободное развитие, а не один только потребительский бум, стимулируемый кредитами и ведущий к обнищанию масс в случае девальвации национальной валюты или дефолта по долгам государственных корпораций. Для достижения этого понимания воспользуемся исторической моделью М. Фуко, оперирующей понятиями суверенитета, дисциплины и контроля.

Общества дисциплины: экономическая теория К. Маркса

Согласно исторической модели М. Фуко, общества дисциплины приходят на смену обществ суверенитета в XVIII-XIX вв. Их расцвет приходится на эпоху, непосредственно предшествующую мировым войнам. В отличие от обществ суверенитета, дисциплинарные общества ориентированы не столько на сбор налогов с населения страны, сколько на организацию фабричного производства и сопутствующих ему гигантских пространств изоляции, отношения между людьми в которых строго регламентированы, не подвержены пересмотру и не являются предметом обсуждения. Власть организует эти пространства таким образом, чтобы человек проводил в них большую часть своей жизни: с детства семья и школа ограничивают круг его общения и, в известной степени, подчиняют своему уставу, который, как и устав воинской службы, выверяет поведение в соответствии с казарменным распорядком, исключающим тлетворное влияние улиц и площадей. Тюрьма и больница - пространства изоляции, что называется, par excellence. Вместе с тем "идеальным" изоляционным проектом выступает заводское и фабричное производство, которое концентрирует и распределяет пространство и упорядочивает время с целью такого расположения производительных сил в пространственно-временном континууме, чтобы полученный результат превышал сумму изначальных сил.

Теория прибавочной стоимости К. Маркса описывает экономический базис этих обществ, индустриальную стадию капитализма. На смену простому товарному производству обществ суверенитета (Т>Д>Т) приходит расширенное, основанное на наёмном труде капиталистическое производство дисциплинарных обществ (Т>Д>[СП+РС]>Т">Д"). Появляется спекулятивный капитал (Д>Д"); начинается ускоренное развитие науки и техники. В описанной К. Марксом капиталистической общественно-экономической формации инновации возникают, как правило, за пределами традиционных производств. Так, заслуга изобретения механического ткацкого станка принадлежит Эдмунду Картрайту, священнослужителю по роду занятий. В британскую текстильную промышленность фабрики были внедрены Ричардом Аркрайтом, производителем париков, а не самими ремесленниками или торговцами, которые поставляли им сырьё и обеспечивали заказы.