Инквизитор

УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ!

Со времени выхода в 1997 году в свет 150-тысячным тиражом первого издания книги «Инквизитор» в жизни России и россиян многое изменилось. Внимательный читатель по подбору приводимых в тексте цитат из прессы понял, что книга задумывалась и писалась в 1994–95 гг., в самый пик охватившего страну политического и экономического беспредела. Он стал прямым следствием развала Советского Союза, тотального разрыва устоявшихся хозяйственных связей, самодискредитации десятилетиями насаждавшейся утопической идеологии и ее так называемых «носителей».

Фактически в течение каких-то двух-трех бурных лет народ великого государства, называвшегося Советский Союз, пережил сравнимую с Октябрьской революцией или Великой Отечественной войной национальную катастрофу, сопровождавшуюся полным разрушением системы государственного управления, хозяйственной инфраструктуры, нарушением нормального функционирования органов здравоохранения, образования, науки и культуры.

Однако самым тяжелым испытанием для людей, особенно для незакаленной жизнью молодежи и пенсионеров, стало разрушение моральных устоев общества, извращение прежних жизненных ориентиров и идеалов, а для многих — потеря и самого смысла жизни. Недаром на этот период приходится резкий рост числа самоубийств среди представителей именно этих групп населения России.

Тяжесть морального и идейного кризиса усугублялась еще и тем, что действовавшие на территории бывшего СССР религиозные конфессии всячески подавлялись прежним коммунистическим режимом. К рубежу 90-х годов они подошли организационно слабыми, без надлежащей материальной и финансовой базы, испытывающими острую нехватку кадров и по существу еще не готовыми работать в новых условиях. В целом, в переживающей тяжелый кризис стране полностью отсутствовала система морально-психологической реабилитации людей, привыкших к условиям, когда все за них определяли и решали «партия и правительство»: чем питаться, где жить, какую одежду и прическу носить, что читать, какие фильмы смотреть, во что и как верить, кого любить, а кого ненавидеть.

В не менее тяжелом кризисе оказались армия и другие силовые структуры, которые в любом нормальном обществе являются важной составляющей государственного аппарата и одновременно — аккумулятором для самой пассионарной части населения. Пассионарии выгодно отличаются от остального населения своим оптимизмом, жизнелюбием, энтузиазмом, способностью руководить людьми, принимать самостоятельные решения, умирать и убивать в случае необходимости.

Начиная с 1992 года в стране под маркой военной реформы непрерывно идет процесс резких сокращений численности Вооруженных Сил, быстро выросла группа уволенных в запас и отставку офицеров. Выбитые из колеи, стремящиеся устроить свою жизнь «на гражданке», они нуждались и продолжают нуждаться в длительном периоде социальной адаптации, в компенсации переживаемого стресса. Многие из этих людей, не по своей вине оказавшись неспособными обеспечить достойную жизнь своим семьям, проявляют недовольство существующим режимом, стремятся к социальному реваншу, ищут связей с себе подобными и часто становятся легкой добычей вербовщиков из крайне радикальных оппозиционных политических партий и движений, а то и преступных группировок.

Значительное деморализующее воздействие на силовые структуры оказывает рост пацифистских настроений в обществе и ряд «шоковых» ситуаций, в которых оказывались в постсоветское время Вооруженные Силы — это и афганский синдром, и синдром поражения в «холодной войне», вынужденная массовая демобилизация, территориальные потери, распад СССР и другие события 1991 года, чувство национального унижения, «кровавый октябрь» 1993 года, нереализованные ожидания перемен к лучшему и, наконец, Чечня.

Особую роль сыграл и продолжает играть антиармейский настрой интеллигенции, представители которой имеют наибольший доступ к средствам массовой информации и определяют состояние общественных настроений.

Таким образом, большинство относительно ранее благополучных квалифицированных рабочих, представителей интеллигенции, военных, сотрудников других силовых ведомств столкнулись с проблемой неожиданного и резкого понижения своего социального статуса, а также уровня благосостояния. Социальная обездоленность, нерешенность жилищных и бытовых проблем, невозможность в полной мере обеспечить материальные потребности своих семей, утрата уверенности в завтрашнем дне, слабая правовая защищенность часто вынуждали этих людей переступать через себя, идти на нарушения закона и даже на преступления.

В условиях разрушения старых моральных устоев, слабости государственных правоохранительных институтов, развращающего влияния заполнившей российские экраны низкопробной западной кино- и телепродукции резко возросла молодежная и подростковая преступность.