Иная сторона Тарина

Счастье действительно было близко, но тогда я даже не подозревала об этом. Когда после двухнедельного путешествия по казематам меня позвали в кабинет главы службы безопасности, надо было не соглашаться. Подумаешь, посидела бы немножко в камере, закончила бы изучать дрессировку крыс в экстремальных условиях, помедитировала на капающую воду и слегка постройнела на уникальной, специально разработанной диете.

Но смалодушничала.

Захотелось полюбоваться на физиономию главного конкурента, да и новости узнать. Вдруг они и Райда упекли – тогда бы попыталась договориться на соседние камеры. В награду за хорошее поведение личного состава: стража даже ругаться хором научилась. Скоро бы и гимн выучили: не зря я каждую ночь концерты давала, чтобы крыскам скучно не было.

Но смалодушничала.

Поднялась и пошла. Не стала зубами цепляться за камеру, не потребовала времени для написания наставлений крысиному народу, а встала и пошла вместе с присланным стражником, радостно потирая ручки и ожидая допроса.

Но его не было. Его просто-напросто не было. Зато был усталый взгляд Дайрина, словно происходящее не доставляло ему никакого удовольствия. Мстительная усмешка Маджери – в этом слишком злопамятном господине я нисколько не сомневалась. Да и холодно-отрешенное лицо его высочества, сдобренное недовольным цоканьем мастера клейм, которого вытащили на работу в его выходной, не выходило за рамки привычной программы. Но допроса по-прежнему не было!

Разумеется, все стулья в кабинете были заняты. Зато свободен ковер. Свободен, чист, приятно пах. Именно на него я и пристроилась. Уселась поудобнее и, закрыв глаза, начала старательно думать. Чтобы менталисту удобнее работать было, конечно. Ведь если вопросы не задают вслух, значит, рассчитывают, что сама запаникую и выдам что-то этакое.

А вот не дождутся! Я им сейчас такого навспоминаю, что даже его высочество дрогнет. Благо фантазией боги не обделили. Что ж, менталисты, приступайте, я готова.

И уже вслух:

– Давайте.

Я благосклонно махнула грязной ладонью. На кого попала – не видела, а стоило мне открыть глаза и полюбопытствовать, следов ни на ком не нашла. Никаких. Неудивительно, впрочем. Мастер клейм стоял достаточно далеко, а остальные не рисковали появляться в обществе без щитов. И правильно, я скажу, делали. Доброжелателей у присутствующих с каждым днем становилось все больше, в том числе и моими трудами праведными.

– Сегодня без менталистов, – огорошил меня Дайрин, скупо усмехаясь.

– Как – без менталистов? – удивилась я и демонстративно засобиралась обратно. – Без менталистов ничего не скажу. «Луна не в той фазе», – доверительно сообщила я.

– Вот как? – Брови будущего начальства взметнулись, изображая притворное удивление. И никакого раздражения или гнева. Я даже мысленно поморщилась. Несмотря на все мои ухищрения, вывести из себя начальника внутренней безопасности империи мне так и не удалось. – Значит, мы выбрали самый правильный день. Сегодня, Майя, говорить буду я, а вы приложите все усилия, чтобы нас выслушать.

– Очень сложное задание, – призналась я, тяжело вздыхая. Нацепила на лицо самое жалобное из доступных мне выражений и обвела присутствующих молящим взглядом. Но то ли я разучилась давить на жалость, то ли все собравшиеся были непроходимые сухари… Ничего, отрицательный результат – тоже результат. – Ну ладно, читай.

Сейчас я бы так не рискнула разговаривать с начальством. Ибо начальство оказалось обидчивое и злопамятное. Никак иначе свое поспешное назначение на задание я объяснить не могла. Впрочем, учитывая, что вытаскивали меня именно ради этой авантюры…

– …приговаривается к двадцати годам лишения свободы без возможности обжалования приговора…

– Чего? – завопила я, мгновенно отвлекаясь. – Какие двадцать?! Максимум – пятнадцать. Я консультировалась!

– Сопротивление при аресте, – «напомнил» Маджери.

– Не было такого! – обиженно возопила я. Шишку он себе сам поставил, а что под ноги не смотрел, когда за мной бежал, – так я же не виновата, что бравого солдата госдепартамента подвело зрение.

– Было, – ласково не согласился со мной Дайрин. – И попытка побега была.

– Когда? – заинтересовалась я, пытаясь понять, что они так красиво обозвали. Подумаешь, из окна выпрыгнула – так искупаться хотелось, поплавать в речке, воздухом подышать, проверить плавучесть стражников в полном облачении. Так из лучших же побуждений. Да и не сейчас это было. Это так – ошибки юности. Года два назад, не меньше. Неужели срок давности еще не истек? Или это его высочество удружил? От него чего угодно ожидать можно. Не зря Магнусами каждого первого пса в бедных кварталах зовут. Нужно же людям как-то раздражение свое унимать.

– Сейчас, – оскалился Дайрин. – Но, пожалуй, чистосердечное признание позволит тебе слегка уменьшить срок.

– Слегка – это насколько?