Императорский безумец

Keisri hull. Jaan Kross 1978

Действующие лица:

Тимотеус фон Бок

Катарина фон Бок (Ээва), его супруга

Якоб Мяттик, брат Ээвы

Юри, сын супругов фон Бок

Эльси, жена Пеэтера, сестра Тимо

Пеэтер фон Мантейфель, муж сестры Тимо

Маркиз Паулуччи, генерал-губернатор Прибалтийских провинций

Александр I

Ламинг, управляющий имением Выйсику

Риетта, его дочь

Анна, жена Якоба

Латроб

Маали, мать Анны

Латроб

Мальмы

Кяспер, слуга

Лийзо, горничная и кухарка в доме супругов фон Бок

Юхан, кучер

Жандармы, адъютант, тюремный сторож, офицеры, врач, писарь.

Кяспер. Это не он. За что они всё это с ним сделали?

Лийзо. Да брось ты. Кто ещё может быть? Ээва за ним поехала и его привезла.

Кяспер. Что ты думаешь, я своего господина не узнаю?

Лийзо. Ты старый, Кяспер, ты его и не признал. Подвинься-ка, ты мне мешаешь. Госпожа и господин сейчас переоденутся, выйдут, а у меня и не накрыто толком.

Кяспер. Я войну прошёл со своим господином! Он был!.. О-о-он! (Приподнимается на стуле, выставляет руку.)…А у этого даже зубов нет.

Лийзо. Госпожа сказала, ему их выбили. Вот их и нету.

Кяспер. Ему?! Выбили?! Тебе сколько лет было, когда его забрали?

Лийзо. Десять. Ты старый, Кяспер, Ста-рый. …Вот как он её называл?

Кяспер. Кити… Значит, он. Один он её так зовёт.

Кучер вваливается в комнату.

Юхан. Эй, Лийзо, а я тебя на кухне ищу-ищу!

Лийзо. Чего тебе?

Юхан. Ну так… это…

Лийзо. Потом, потом! Ты рассказывай скорей! А то от него ничего толком не добьёшься! Выпустили его?

Юхан. (подходит ближе). А кого это — его?

Лийзо. Яан, не строй дурачка из себя!

Юхан. Выпустили да не выпустили… Видела носильщиков-то?

Лийзо. Ага. Я ещё подивилась, что это за носильщики, когда и так вас двое поехали за господином? Их-то ещё зачем? Это уж видно, что госпожа Ээва не только мужа, так ещё и роту солдат за ним выписала, вещи таскать!

Кяспер. Как тогда наш господин-то сватался за госпожу Ээву…

Лийзо. Кяспер, да не бубни ты! Яан, давай дальше!

Юхан. Они следили за нами. Чтоб мы не свернули куда. И на постоялых дворах — в какой комнате господа остановятся, а эти всё по соседству. Всё по соседству.

Лийзо. Простые носильщики — и с господами по соседству?

Юхан. То-то и оно-то! Простые! Не простые. Это значит, чтобы они весточку с кем не послали. Простые, а надушены, знаешь как!. Носильщики!

Лийзо. Следили за господином Тимотеусом?

Юхан. Так вот они его выпустили.

Кяспер. К отцу её пошёл и прямо так и сказал. хочу, чтоб была моя жена. Так прямо и сказал. Отец-то простой, из крестьян, так он и говорит… так и говорит… Сделаете её своей… Своей…

Юхан. Блядью. А она, вишь, какая оказалась — весь дом под себя прибрала.

Лийзо. Она одна! Двенадцать лет! Без мужа!

Юхан. Чего ж, не надо было за преступника-то государственного выходить.

Лийзо. Яан!

Кяспер. Говорил, это чтоб как настоящий брак был. Что это у него план великий — так жить. Что все равны перед богом, и. если он любит её, то, стало быть, и нет ничего зазорного, что он возьмёт её в жёны.

Юхан. (посмеиваясь). Ага. В жёны взял, покрестил, Катериной стал звать, а сам — в тюрьму, и давай-ка тут хозяйничай за него. Раз уж равны. По мне, так простая девка Ээва, так она и есть Ээва, и она — простому парню пара. А, Лийзо, как ты думаешь?

Лийзо. Идут они, идут! Кяспер, вставай, вставай! Дай хоть я отряхну тебя! (Наспех отряхивает его). Иди к ним туда (Провожает слугу; пауза) И ты, Яан, иди-иди, не маячь здесь!

Юхан. На кухню? (Выходит)

Лийзо. Ой, Господи, Господи, как же хорошо, что господин Тимотеус вернулся! Бедная наша госпожа, сколько же она натерпелась!