Илизия

Солнце скрылось за тучами и ночь медленно опускалась на улицы города. Моросил мелкий дождик и за столиками многочисленных кафе сидели влюблённые парочки. В центре столов стояли зажжённые свечи, и приятная музыка дополняла уютную атмосферу романтики и комфорта. Волнение большого города усиливалось с каждым часом. Несмотря на унылую погоду на улице появлялось все больше народа, часть из которого медленно и бесцельно брела куда-то, любуясь видами северной столицы, или рассматривая из-под зонта красивые витрины. Другие же куда-то спешили. Вероника их не замечала. В одиночестве прогуливаясь по вечерним улицам, она созерцала красивые виды.

Ее взгляд скользил по фасадам зданий, рисункам граффити, людям, проходящим мимо. Все вокруг словно становилось этюдом для её будущей картины. Но в этом многообразии нужно было за что-то уцепиться, ухватить суть из царящего вокруг хаоса. И это что-то сейчас и искала ее беспокойная душа. Она жадно впитывала запахи, цвета, формы, взгляды и разнообразие человеческих лиц. Но все это было не то. Ничто не цепляло. Она почти прошла весь Невский проспект, но пока вдохновение не приходило.

Вдруг в последних лучах заходящего солнца на фасаде старинного здания она увидела какое-то незамысловатое и необычное граффити. Которое раньше здесь никогда не замечала. Она будто заворожённая кинулась к нему по пешеходному переходу, в надежде проскочить бесконечную вереницу машин на моргающий зеленый сигнал светофора.

***

Был ничем не примечательной дождливый день поздней осени, я возвращался из очередного банка, где снова получил отказ на выдачу мизерного кредита. Денег в кармане едва хватало на ужин. И я решил прогуляться, чтобы перебить голод и, если повезет в этом состоянии уснуть. По дороге катились автомобили, то и дело, норовя, окатить водой из лужи многочисленную серую толпу. Узкая стеклянная остановка не вмещала всех желающих. И люди мокли рядом с ней. Уже не первый автобус был забит до отказа. Конечно, можно было втиснуться и проехать стоя на чьих-то ногах, но настроение было ни к чёрту. По этой причине я ждал пока большинство людей разъедется по домам. На улице Смеркалось. Из глубокой задумчивости меня вывел визг тормозов. Я обернулся на шум. Через дорогу шла девушка в красном плаще, она будто плыла над всей этой обыденностью. Зелёный сигнал светофора уже погас и загорелся красный, но она его словно не замечала и двигалась наперерез мчащемуся потоку машин. Люди с разных сторон что-то кричали ей в след. Один автомобиль едва сумел затормозить, в него тут же врезался автобус. Я, не отрывая глаз смотрел на эту девушку. Она была единственным светлым пятном в этом непроглядном людском мраке. Снова визг тормозов и красное пятно взлетело подобно ангелу, но спустя мгновенье упало как человек, смешавшись с осенней дорожной грязью. Все это действо длилось считанные секунды, но показалось мне вечностью. Из машины вылезло двое мужчин. Один, рослый со светлыми вьющимися волосами вышел из-за руля, взглянул на лежащую в грязи девушку, что-то сказал второму человеку в черной кепке и тут же скрылся, растворившись в людском потоке.      Мужчина в черной кепке даже не приблизился к девушке, а сразу занял место за рулем автомобиля. Не равнодушные бросились к телу лежащему на мокром асфальте. Подошел к ней и я, но в отличие от остальных, мой взгляд приковало ее красивое лицо, светлые волнистые волосы, красивый маленький нос и пышные губы. Я наблюдал как на ее лицо капает дождь, как ее волосы треплет ветер. Казалось, эта трагедия сделала ее только краше. Неожиданно толпа расступилась и двое мужчин осторожно положили ее хрупкое тело на носилки. На миг я почувствовал укол ревности, что это сделал не я. Я подобрал ее сумку и раскрытую книгу с асфальта и соврав что я ее родственник залез в автомобиль скорой помощи. Почему-то в этот момент я хотел видеть ее лицо и услышать ее голос, быть рядом с ней, когда она придет в себя. А в том, что она поправиться я не сомневался.

Я сидел в отделении больницы и ждал пока закончится операция. Врач сказал, что ничего особо страшного нет, ушиб головы скорее всего пройдет бесследно, но осколочный перелом плеча нужно оперировать. Я разглядывал картинки ее энциклопедии по истории искусств. Как вдруг увидел, что девушку на каталке вывезли из операционной, и провезли мимо меня в одну из палат.

– Она под наркозом – проговорила медсестра. —Но через час наркоз начнет отходить, и она придет в себя.

На мой вопрос: «можно ли побыть рядом, с ней?», женщина лишь кивнула и вышла из палаты. Не знаю сколько времени я просидел и, кажется, в какой-то момент и вовсе уснул, но придя в себя, увидел, что глаза моей новой знакомой открыты и она смотрит на меня. С просини я попытался изобразить самую дружелюбную улыбку, на какую только мог быть способен.

– Вы меня сбили? – мягким приятным голосом без капли злобы, проговорила девушка.

Я на мгновенье растерялся.