Иконописец

И жили горожане в мире и согласии, и было у них все, что надо праведникам: и земля богатая, и река полная рыбы, и стада домашних животных;

Голубое небо были им храмом, а солнце одаривало их теплом, леса давали кров над головой, а вера укрепляла их дух;

И то селение не знало воин, и беды обходили их стороною много веков.

Но вот одно черное семя упало с небес, с высокой темной тучи;

И проникло то семя в недра земные; перестала водиться рыба в реке; высохла река та; иссохла земля и потрескалась; деревья и леса потемнели, а стада обеднели;

И началась смута средь людей; померкли радостные и счастливые речи и мысли; глаза людей помутнели, а нрав озлобился; добродетель уступила отчаянию, окутанному злобой;

И пошел брат на брата; канула в бездну дружба меж людьми; войны и грабеж стали обыденными в тех местах.

Была церковь белая, и священник праведный, но только никто к его устам не прислушивался и в церковь не ходил.

Горожане говаривали, что с пещер вышел к людям монах в черном, лица его не видели;

И этот монах пообещал людям богатства несметные, и люди алчные поверили ему и отвернулись от церкви;

И повел этот монах за собой в пещеры, и дал им то, что они хотели, жаждали больше всего, что ценили больше жизни, что видели в грезах своих;

И появилось много богатства с тех пещер; серебряные реки текли без устали с недр земных;

И хоть монах в черном исчез, люди не видели ничего, кроме богатства, дающего им все;

Вновь побежала река, и рыба там появилась, леса покрылись зеленой краской, и птицы там запели; хлеба озолотили поля, и люди зажили в домах, отстроенных лучше прежнего.

Лишь церковь стояла пуста, и священник в ней, удрученный тягостными мыслями, иссыхал там заживо, потому что люди не верили ему более и отвернулись от церкви.

Так продолжалась счастливая и беззаботная жизнь горожан, пока они не узнали о смерти священника, покинутого и всеми забытого.

И собрались все у церкви потускневшей, чтобы похоронить священника;

И горожанам сказать было нечего, чтобы проводить в последний путь старика; забыли они речи праведные, ибо не было веры в сердцах их, не осталось там места, лишь богатство и гордыня поселились там, управляемые алчностью.

Опустили гроб с покойным в сырую землю; но не успели люди разойтись, как померкло все вокруг; и земля под ногами задрожала; и церковь на глазах горожан раскололась; небеса покрылись тучей темной, и зловещая тень пала на город, принося беды и горе.

Краски исчезли, солнце погасло и отвернулось от людей;

И пришла в город чума; окутала она город со всех концов, и никому не было спасения; смерть надежно поселилась в каждом доме, в каждой семье;

Хоть нажитое богатство не покидало людей, не было у них иного выхода, чем смерть, ибо приобретя это богатство, они отдали души свои страннику в черном.

XV AIDVS Библия Д…

Где-то в Европе, год 1996. На аукционе собралось тридцать человек. Это были люди из разных стран мира. Все они были при деньгах и с большим желанием приобрести какую-то ценную вещь. Одни из них были любителями, другие профессионалами. Первые желали украсить свой дом каким-нибудь редкостным предметом: статуэткой, старинной вазой, пергаментом времен фараонов; вторые готовы были выложить на аукционе кругленькую сумму, чтобы пополнить свою коллекцию. Если первые еще не определились с приобретением, то вторые заранее обдуманно шли на совершение покупки. Их интересовала лишь эта и никакая другая вещь. Они знали о ней все или почти все.

Вот блондин в первом ряду стойко боролся за покупку шкатулки, найденной якобы в Тибете, во время последних раскопок. Видимо, она ему была очень нужна. Блондин немного поборолся с толстым мужчиной и дамой в синем платье за право обладания шкатулкой. Он приобрел ее за три тысячи долларов, чем остался довольным.

Гости и участники аукциона сидели почти вплотную друг к другу, так как помещение было небольшим. Администрации и организаторам этого аукциона пришлось немало потрудиться и раскошелиться, по той причине, что все предметы, выставленные на аукционе, были контрабандными, т. е. краденными или приобретенными незаконным путем. Поэтому данный аукцион был тайным. В него посвятили и пригласили лишь избранных — кому можно было доверять. Коллекционеры всегда славились сдержанностью и расчетливостью при покупке предметов старины. В следующем лоте один из молодых людей явно перегнул палку при поднятии цены за предмет, в результате коллекция икон была разбита на две части. Каждую из которых было решено продать в течение двух дней. В первый день были выставлены четыре иконы некоего Германа Кухта. Руководители аукциона имели право не разглашать сведения о владельцах предметов по их требованию. И владелец восьми икон скрыл свою фамилию, а также сведения о художнике, написавшем эти иконы. На всех восьми иконах были изображены монахи и монахини с ангельскими лицами, в черном одеянии.