Игры в паутине

Для создания обложки были использованы фотографии с сайтапо лицензии ССО бесплатно для личного и коммерческого использования.

Владимир.

В тот момент, когда я вышел из машины, чтобы покурить, на телефон поступил звонок от шефа с приказом взять мешок и подниматься к ним. «Еще одну грохнул. А мне опять заметать следы и делать за него грязную работу.» – с этими мыслями я достал мешок из багажника и, не докурив половины, поспешил в здание.

Здесь, на втором этаже с виду неприметного дома располагался притон под названием «Сладкий грех» – закрытое заведение для «избранных» клиентов. В этих стенах, вовсе не «сладких», но щедро пропитанных преступным грехом и насилием, держались девушки разных возрастов и типажей. Их отлавливали насильно, либо вербовали с помощью сайта знакомств, и те приходили сюда добровольно, чтобы поиграть в Тему. Разумеется, никакой обещанной Темы они не получали, банда всего лишь отбирала у девушек документы и заставляла заниматься проституцией. Заложниц постоянно избивали и насиловали за любую провинность, а порой, и без повода. Так, просто у кого-то из банды было в тот день плохое настроение.

Я всего лишь водитель, который попал в преступный мир по несчастливой случайности. А ведь когда-то, несколько лет назад, я вел обыкновенный образ жизни, профессионально занимался спортом, по ночам работал вышибалой в одном из баров, а днями заботился о своей маленькой лежачей сестренке. Мама наша погибла от тяжелой болезни несколько лет назад, отца не знали отродясь. А когда выяснилось, что и моя сестра оказалась больна, а денег на лечение нужно было столько, сколько я бы не получил и за три года непрерывной работы в баре, мне пришлось искать другие пути разбогатеть.

В итоге, связался не с теми, взял на себя слишком много, и понеслась моя жизнь по накатанной тропке в пропасть садистского и контрабандного сообщества… И сестренку не сберег – умерла она, хоть и запасся необходимыми лекарствами на год вперед. Потому и задолжал шефу крупную сумму. Теперь и отрабатываю…

Когда я вошел в комнату, увидел еле живую проститутку, избитую, кровища ее по всему паркету размазана. Семеро наших стояли возле нее; кто-то одевался, кто-то продолжал с довольной улыбкой таращится на нее без штанов. Двое дрочили на лицо.

А шеф, наклонившись к камину, взял оттуда горящее полено.

– Я тебя, суку ленивую, предупреждал, что накажу? Сколько раз говорил, что ты должна обслуживать тринадцать х*ев за ночь и приносить мне прибыль от тринадцати, а не эти позорные копейки?!

– Господин, пощадите! – шепелявила проститутка. Опухшая губа и рот, полный крови, по всей видимости, по причине выбитых зубов, не давал возможность говорить внятно. – Я не виновата в том, что другие девочки забрали моих клиентов!

– Бесполезно с тобой по-хорошему. Держите ее крепко! – скомандовал шеф и двинулся на девушку. – А после в мешок.

– Дамир, сегодня будут указания по поводу других номеров? – спросил шефа Оборотень, а в миру Сашка, глуповатый и слишком самоуверенный недоавторитет.

Шеф в ответ молча достал из потайного кармана пиджака пистолет и продырявил Оборотню лоб. Этого и требовалось ожидать: Дамир запрещал называть себя по имени, особенно, при заложницах. Либо шеф, либо Барс.

Я перевел дыхание, стоически наблюдая за тем, как садист-шеф с хохотом прислонил горящее полено между ногами проститутки. Другие члены банды крепко держали девушку, пока та не прекратила биться в агонии.

– Вот такая твоя пиз*а должна быть горячая и вертлявая с каждым клиентом!

От слов шефа, как и от его поступка, рассмеялись все. Даже я. Нельзя не смеяться, когда шеф пытается шутить. Затем, сложив труп в мешок, трое из банды плотно завязали его и поволокли к машине.

– А ты, Вован, – теперь он обращался ко мне. – Выбрось ее в реку, да так, чтобы не всплыла. Жаль пятый номер. Она мне нравилась.

– Будет сделано, шеф. Пойду за вторым мешком. – ответил я и тут же направился следом за ушедшими.

***

Владимир.

Как исполнил задание шефа, тут же направился в бар, чтобы напиться до зеленых фей. Бар, по правде сказать, больше напоминал гадюшник: маленькое помещение, обклеенное пожелтевшими фотообоями, скудненький выбор выпивки, несколько пластиковых столов, и одинокие тараканы, пробегающие под ними с небольшой периодичностью. Такие же одинокие и мерзкие, как я. Но я ходил только сюда, в гадюшный бар, поскольку пиво здесь не разбавляли. Вот накидаюсь основным пойлом, затем куплю пивка на дорожку, приду домой и усну в угаре.