Игра в нападении

МЭТ

В элитном баре подальше от баскетбольной арены Юнайтед-центр можно оставаться без лишних маскировочных хреней, но один из друзей предпочел солнцезащитные очки. На удивление, в субботний вечер не требуется бронь, бар пустует, устроились за стойкой.

Адам выпил достаточно разноцветных шотов, чтобы Терри смеялся, что тот будет срать радугой. Сам легкий форвард размешивал трубочкой “секс на пляже”. Я умираю со смеху. На звук оборачиваются посетители за ближайшим столиком. За ним две пары. Классика. С самыми красивыми девушками самые отстойные парни.

Адам и Терри бьют меня по плечу, охреневая, как нам с Льюисом удалось обойти заслоны соперников. Да, мы отыгрались в лиге благодаря очкам, а не победам. Сейчас это не имеет значения.

В межсезонье NBA все замедляется. Острее чувствуешь, что жизнь долбанная пустышка. Получить приглашение в Чикаго Буллз — сделано. Заработать десятки миллионов — смотри на счет. Перевести родителей и купить им дом — год как готово. Нужно придумать новую цель. Забраться на Эверест? Прыгнуть с парашютом?

Периодически смотрю по сторонам, повторяю дробь рыжеволосой девушки. Парень напротив нее счастливчик. Ведьмочка раздраженно стучит по оголенному бедру, подпирает подбородок. Такое чувство, что начнется пожар. Я бы посмотрел, как эта штучка закатит сцену, она на грани. Встает, направляется в нашу сторону, чтобы заказать явно то, о чем не стоит знать ее мягкотелому парню.

— Еще закажи “Малибу”, и я выпну тебя в женскую лигу. — смеюсь над сокомандником, опрокидываю в себя стакан.

— Мне то, что у самого мужественного парня за этим столом. — слышу издевательство в трех метрах левее.

Девушка не собирается взять напиток и уйти, а ловко забирается в коротком синем платье за стойку.

Боже, эти обтянутые блестящей тканью бедра, подзагоревшие плечи, острый подбородок.

— Они решили заделаться сексистами, не воспринимай всерьез, детка. Это моя задница под угрозой. — смеется Терри.

— Вау! — абсолютно неправдоподобно, поворачивается к нам — Сколько скрытых контекстов. И “детка”, и желание, чтобы друзья тебя поимели.

Не будь Терри…Терри или столь весел и пьян, девушке стоило бы насторожиться. Но она делает несколько крупных глотков рома, а затем, словно кавист, плещет жидкость по стенкам стакана.

У нее голубые глаза, неестественно яркие рыжие волосы, но это точно не краска. Странный типаж, не мой, но вот-вот станет. Черт, она роскошна. Мне это нужно.

— Кажется, за кем-то пришли. — усмехаюсь, смотрю за ее спину.

В сторону девушки направляется парень, ранее сидевший напротив. На мои слова она перекидывает восхитительную ножку на другую и поправляет волосы.

— Даю двадцатку тому, кто придумает, как отделаться от назойливого и хорошего парня из тиндера раз и навсегда. — она выжидающе смотрит в нашу сторону — Ну давайте. Вас наверняка динамили.

Все трое замираем, уставившись на эту бестию. Наверняка она нас узнала и решила выжать максимум из общения со знаменитостями. У нее ужасно получается, но в моей постели получится охрен…

ДЖУД

Одна из лучших подруг — Крис, притащила меня на долбанное двойное свидание. Второе. Да, дорогущий бар, якобы неформальная обстановка, приглушенная музыка. Атмосфера класс.

Крис выбрала посимпатичнее, но на этом различия айтишников заканчиваются. Я не имею ничего против программистов, но эти списаны с карикатур. Не толстые, но покрыты слоем мягкой кожи. На лице странная растительность, которую они наверняка считают жутко мужественной. Никакого одеколона. Они не эрудированы, плохо соображают, ноль чувства юмора. Кажется, Крис это не смущает. Подруга в долбанном активном поиске, а я сейчас взорвусь.

Смотрю на троих парней за стойкой. Они все под два метра, один в солнцезащитных очках, странно. Неважно.

Мой побег на три минуты за крепкой выпивкой и тишиной провалился. Оскар идет сюда, рассчитывая на уединение. И я почему-то не могу дать парню отворот-поворот, не могу придумать ни одной безболезненной причины уйти и бросить Крис. Поэтому выжидающе смотрю на трио дылд.

Мне почти привычно общаться с незнакомцами, часто говорю, рассуждаю с ними на работе, больше новых лиц, так что не стесняюсь. К тому же в такой ситуации, когда перед тобой был программист, не знающий, кто такой Гофман. Мог бы вспомнить работу хотя бы одно из двоих!

Боже…слушаю саму себя: я такая стерва. Еще немного пьяна.

— Обратный отсчет. — говорит тот, что дальше всего — в солнцезащитных очках и с дредами.

Делаю глубокий вдох, уже кручусь на барном стуле, как чья-та рука хватается за сидение, касаясь пальцами моих ягодиц.

— Для справки — я не сексист. — говорит тот, что сидел ближе всех.

Парень красив, немного смазлив. Волосы на пару оттенков светлее каштанового, яркие карие глаза. А еще он в чертовски хорошей форме. Качок? Не похоже, не настолько в ширь.

— А я не собираюсь писать заявление о домогательстве.

Даже на высоком стуле я ниже незнакомца почти на голову, меня прокручивают к себе.

— Тогда карты сошлись. — чем он ближе, тем более хриплым становится голос.