Игра мага

Александр Молчанов

Игра мага

Основано на реальных событиях. Некоторые имена участников изменены.

1

Октябрь 2001-го года, Москва

– Как ты все это узнал?

Мы встретились возле метро «Молодежная» – у меня тогда еще не было мобильного телефона и мне нужен был надежный ориентир. Они приехали на бежевой «копейке». Тот, что был за рулем, назвался Олегом. Невысокий, быстроглазый, длинноволосый, в черной кожаной куртке, и черной футболке с логотипом группы «Slayer». На руках браслеты с заклепками. Второй – Игорь, массивный, медлительный, коротко постриженный. Олег остановился у киоска, купил бутылку пива. Игорь на него посмотрел.

– Если что, два косаря на штраф у меня есть.

Мы поднялись в двушку в хрущёвке, которую мы снимали напополам с моим редактором. Он в этот вечер был в гостях у родственников в Железнодорожном, так что никто не помешает нам поговорить.

Олег быстро освоился на кухне. Нашел пепельницу на подоконнике за занавеской и открывашку в ящике стола. Я набрал чайник и поставил его на плитку.

– Так как ты все это узнал? – повторил свой вопрос Игорь.

Я задумался. Когда вообще все это началось? В самый первый раз?

Мне было два года. Мы с родителями живем в северном поселке, в двухэтажном деревянном доме. Зимы суровые, за боротом – до минус сорока. Наш сосед снизу, наглый рыжий стоматолог ленится топить печку каждый день и уходит ночевать к девушкам на другой берег, в общежитие КБО.

Его выстывшая насквозь квартира высасывает тепло из нашей. Приходим вечером – в квартире плюс два. Топим три печки – становится плюс четыре. И никуда не деться от этого холода, пробирает до костей.

Мое первое воспоминание в жизни – я стою посреди комнаты, завернутый в одеяло и дрожу от холода. Слева от меня открытая печка, в ней огонь. Рядом с печкой сидит на корточках мама и курит. И смотрю на огонь, меня тянет к нему. И я чувствую огонь, я понимаю огонь, я и есть огонь.

Поток жидкого огня поднимается из-под земли. Он проходит сквозь мое тело и выходит из макушки. На моей головой вспыхивает огненный шар. Я вижу испуганное лицо мамы и теряю сознание.

– Это было субъективное ощущение? – уточнил Олег, – или…

– Мама потом рассказывала, что в комнате за несколько секунд стало жарко, как в бане.

– Понятно. Продолжай.

Наверное, можно подумать, что это все просто случайности, совпадения.

Я всегда безошибочно вытягивал на экзаменах тот единственный билет, который знал.

Я оказался единственным зрителем на концерте человека, который после этого стал на несколько лет моим наставником.

Когда после девятого класса я решил сбежать из школы в училище в Архангельск, я ухитрился заболеть желтухой за неделю до вступительных экзаменов и остался в школе, что позволило мне поступить в университет.

И каждый раз, когда это происходило, я чувствовал такое странное ощущение в груди – тянущее, сладковатое, трудноуловимое. Как будто вибрирует струна. И его ни с чем нельзя перепутать.

А потом – потом вдруг все закончилось.

Я уже жил в Вологде, работал в газете и дела мои постепенно становились все хуже и хуже. Я курил три пачки в день. Начались проблемы со здоровьем – одышка, сердцебиение. Я начал лысеть – каждое утро все подушка была в выпавших волосах. Мой брак распадался. Денег не было. Нашу газету атаковали со всех сторон. Редакцию поджигали, журналистов избивали, редактору показывали аквариум с пираньями. Атмосфера в коллективе тоже была та еще – все грызлись со всеми, интригуя и подсиживая.

Мне каждую ночь снились кошмары – склизкие чудовища ломились с балкона в мою спальню, а утром я видел на балконе исчезающие на солнце трехпалые следы.

Знакомый дал мне телефон психолога. Уж не знаю, какой она на самом деле была психолог, но когда она меня увидела, то всплеснула руками, посадила меня на стул, зажгла свечку и начала водить ею вокруг меня. Свечка трещала и дымилась черным. А потом вдруг стоящая на полке ваза с цветами треснула, залив книги водой. И мне немного полегчало.

Эта женщина, она дала мне клочок бумаги с записанной молитвой, я ее до сих пор помню – «Николай, угодник божий, помощник божий, и в поле и в доме, и в пути и в дороге, на небесах и на земле заступись и помоги от всякого зла». И еще она сказала – перед выходом из дома наклоняться, брать двумя руками возле ног невидимую серебряную сеть и поднимать ее вверх, закрываясь этой сетью с головой. И крестик всегда носить на шее.

– Дилетантизм, – проворчал Олег.

– Не скажи, – возразил Игорь, – христианский эгрегор – мощная штука.

После этого сеанса я вдруг четко понял, что если я останусь в Вологде – то умру и очень скоро. Я купил билет и поехал в Москву. Утром вышел из поезда, позавтракал в бистро на Ярославском вокзале и пошел по редакциям. К обеду у меня была работа, к вечеру – жилье.

Так я стал москвичом.

Однако работа в ведомственном издании – это скучно, бесперспективно и безденежно. Я почти сразу начал заглядывать на сайты с вакансиями в поисках чего-нибудь поинтереснее.