Идеальный любовник

Кэти на секунду показалось, что она ослышалась. Либо сошла с ума. Скорее всего, именно это, поскольку ее глупые мечты о любви сегодня рассыпались в прах. Кэти устроилась за стойкой, чтобы перекусить, но от слов хозяина она даже забыла про скомканное письмо, лежащее у нее в сумке. Забыла о том, какой удар был нанесен ее самолюбию, удар, после которого она чувствовала себя одинокой и несчастной.

— Простите. — Она кашлянула. Наверное, он ее разыгрывает. — Мне послышалось, что вы сказали…

— Да, правильно послышалось. Принц. — Руперт самодовольно ухмыльнулся, многозначительно помолчал и, как ему казалось, аристократическим тоном горделиво уточнил: — Настоящий принц собирается почтить своим присутствием наш отель. Что на это скажешь, Кэти?

— Принц? — выдохнула Кэти, все еще не в силах поверить услышанному.

— Принц Ксавьеро Заффиринтос. Ты, разумеется, о нем ничего не слышала?

Кэти удержалась от колкого ответа. Конечно, она всего лишь горничная, но это не означает, что она ни в чем не разбирается. Руперт хотел сказать, что такой женщине, как она, едва ли известно имя члена королевской фамилии, не говоря уже о редко употребляемом иностранном варианте его имени. Черт бы побрал Руперта, но он прав. Хоть она много читала и старалась не пропускать новостей в газетах, но, кажется, упоминание о Заффиринтосе она пропустила.

— Н-нет, я о нем не слышала, — ответила Кэти.

— Тогда позволь тебя просветить. Он — следующий в наследовании островного королевства и еще первоклассный игрок в поло и любитель красивых женщин, — с важным видом вещал Руперт. — В общем, такая блестящая важная персона у нас еще не останавливалась.

Кэти с сомнением уставилась на Руперта. Они оба понимали, что высокопоставленные люди не часто посещали их отель, несмотря на то что по соседству располагался всемирно известный клуб игроков в поло, а также большие конные заводы. Элитарная публика предпочитала гостиницы пошикарнее, поэтому Кэти не могла себе представить, с чего это вдруг принц решил остановиться у них. Да, конечно, их отель приобрел некоторую известность. Первоначально это был частный дом — и весьма элегантный, — а потом его превратили в гостиницу. Но из-за неумения Руперта вести дела постояльцев становилось все меньше и меньше, дом ветшал, парк зарастал. Все это не могло привлечь важных персон.

— Но почему? — спросила Кэти. — Я хочу сказать: почему он приезжает именно сюда?

— Не твое дело, — огрызнулся Руперт, но потом смягчился — его разрывало от желания посплетничать, а кругом никого не было. — Смотри не проговорись. Принц приезжает сюда из своего дома в Нью-Йорке. Он собирается купить поло-клуб в Гринхилле.

У Кэти глаза полезли на лоб. Она знала, что клуб, владеющий обширными землями, привлекал знаменитостей из разных стран. Пока длился сезон игры в поло, они приезжали на уик-энды.

— Такое место стоит кучу денег… целое состояние, — задумчиво произнесла она.

— Тут ты права, Кэти. Но это не проблема. Видишь ли, этот человек не просто принц, в жилах которого течет голубая кровь. Он сказочно богат. — Руперт прищурился. — Вот почему придется кое-что переделать, прежде чем он прибудет со своей свитой.

Кэти достаточно долго проработала у Руперта, чтобы сразу заподозрить грядущие неприятности.

— Переделать? — с тревогой спросила она. — Что переделать?

— Ну, для начала мы приведем в порядок холлы, общие помещения, чтобы они соответствовали потребностям человека такого ранга. Необходимо сделать ремонт… особенно в туалетах на нижних этажах. Я договорился с фирмой — они пришлют декораторов уже завтра утром.

— Так быстро? — удивилась Кэти.

— Да, так быстро. А сегодня приедет рабочий, чтобы сделать замеры. Тебе придется все ему показать, — раздраженно сказал Руперт. — Принц прибывает на следующей неделе, а дел полно. Надо все успеть, чтобы не ударить в грязь лицом перед королевской особой. Он, очевидно, спит исключительно на простынях из египетского хлопка, поэтому необходимо сделать заказ в Лондоне. Да, вот еще что…

Он окинул Кэти взглядом, который можно было счесть оскорбительным, но она давно научилась не обращать на это внимания. Она и другие гадкие привычки Руперта старалась не замечать. Потому что, как известно, идеальной работы не существует.

— Что еще? — не ожидая ничего хорошего, спросила она.

— Тебе придется что-то сделать со своей внешностью. Это необходимо всему персоналу, а тебе, Кэти, особенно.

Хотя подобные слова она слышала от него много раз, у нее так и не возникло желания использовать еще какие-либо средства, помимо мыла, воды и расчески, чтобы привести в порядок непослушные светлые волосы. Она работала горничной, а это значит, что вставать приходилось очень рано, так что времени на туалет едва хватало, да и двоюродная бабушка, воспитавшая ее, была строгой женщиной, не признававшей макияжа. Внучатую племянницу она приучила обходиться без косметики.