Хутор Гилье. Майса Юнс

Юнас Ли — один из «большой четверки» в норвежской литературе второй половины прошлого века. Вместе с Генриком Ибсеном, Бьёрнстьерне Бьёрнсоном и Александром Хьелланном он вывел норвежскую литературу на передовое место среди других литератур Запада.

Но писательская манера Юнаса Ли совсем иная, чем творческий почерк этих его современников. Суровая отточенность Ибсена, страстное красноречие Бьёрнсона, блистательная, но порой доходящая до сухости четкость Хьелланна — все это непохоже на мягкую задумчивость и неторопливость Ли. Ибсен, Бьёрнсон и Хьелланн, каждый по-своему, были воинами. Юнас Ли долгое время не стремился принимать участие в схватках.

Когда выходит в свет роман Хьелланна «Рабочий люд» (1881), Ли отдает должное художественным достоинствам этого произведения, но озабочен односторонностью Хьелланна и восклицает: «Роман создан поэзией ненависти!» А Хьелланн, прочитав роман Юнаса Ли «Хутор Гилье», оценивает книгу как безупречное произведение искусства, но разочарован тем, что у Ли не хватило мужества сделать свой роман остро критическим по отношению к изображенному в нем чиновничеству. «В своем теперешнем виде, — пишет Хьелланн, — это только приятный роман ни о чем».

Есть существенное своеобразие в самом развитии внутреннего мира Ли. Для его современников было характерно более или менее быстрое расставание с впитанными ими в семье и школе традиционными воззрениями, в частности с верой в бога, имевшей чрезвычайно крепкие корни в Скандинавии XIX века. Между тем Ли вырос в семье, в значительной мере свободной от религиозных традиций. Но он сам в 1860-е годы, уже зрелым человеком, переживает внутренний кризис и становится религиозным, хотя и не в ортодоксально-церковном смысле.

И все же исключительно велики черты сходства Ли с другими писателями, возглавлявшими норвежскую литературу в то время. Другими путями он шел в том же направлении, что и они. Создание национального норвежского искусства, искусства демократического, близкого народу, выявление необходимой и неизбежной смены форм общественной жизни, раскрытие неустройства существующего мира, защита обездоленных — вот задачи, которые, в той или иной форме, с разной степенью осознанности и последовательности, в неодинаковой мере на разных этапах своего творческого пути, решали и Ибсен, и Бьёрнсон, и Хьелланн, и Ли.

И стремление к целям, которые были намечены всем бурным развитием норвежской крестьянской демократии в XIX веке, и отражение тех общих сдвигов, которые происходили в это время в капиталистическом мире, и борьба против вызванных этими сдвигами тенденций в социальной структуре и в идейной жизни, а также против многих черт, свойственных самой норвежской крестьянской демократии, — все это так или иначе находило свое выражение в творчестве этих писателей.

Среди них Ли обычно воспринимается как самый умеренный в своем социальном протесте. В его жизни были периоды (особенно 1870-е годы), когда он вообще считался консервативным писателем. Но, пожалуй, вернее было бы сказать, что ему просто в малой степени была свойственна какая-либо четко осознанная социально-политическая концепция. Ли был человеком мечтательным и склонным к фантастике. Он жил в значительной мере эмоциональной жизнью, и его восприятие действительности было обычно сугубо эмоциональным. Однако эта его эмоциональность содействовала тому, что в его произведениях иногда проявляется такая сила социального сострадания и такая конкретность видения реальных условий жизни современного человека, которых мы не найдем у других норвежских писателей.

Среди литератур Запада ближе всего Ли стоит в этом отношении к Диккенсу. Его связывают с Диккенсом и юмористическое начало в его творчестве, и черты острой социальной сатиры, и некоторая доля идилличности и сентиментальности. Ли вообще многому научился у великого английского романиста. Но вместе с тем он во многом разительно непохож на Диккенса. Его творчество пронизано подчеркнуто национальными, норвежскими чертами — во всей системе его стиля. Его искусство, особенно в пору своего расцвета, неторопливо, детализовано и вместе с тем сдержанно и скупо.

Писательская манера Ли обладает особой убедительностью. Характерная для него непредвзятость и естественность в показе мира, в изображении людей и условий их жизни побуждают читателя увидеть и воспринять действительность именно такой, как ее видит и воспринимает автор. А это авторское восприятие часто бывает весьма критическим и даже боевым.