Юмор разных лет

Юмор начал писать в студенчестве, когда он был востребован в капустниках. Это была хорошая школа, по принципу: каждая фраза должна содержать шутку или, в крайнем случае, быть подводкой к шутке, а не как в «обычных» юмористических рассказах, где шутка была в самом конце. В дальнейшем старался следовать этому принципу, поэтому не пытайтесь найти в моих произведениях описания, характеристики героев и прочее.

За 30 лет многие шутки устарели или стали частью фольклора. Увы, это часто бывает со злободневным, острым юмором. Нередко бывает, что одна и та же шутка приходит в голову нескольким людям. Поэтому не обессудьте, если встретите шутки, которые вы уже знаете. Особенно это касается «Дембильской ракеты рядового Кочкуркина».

Юмор в моих произведениях нередко за гранью приличий, т.е. с орально-генитальными подробностями,  это предупреждение детям до 16. Особенно это касается «Алисы в стране чудес».

Хорошего настроения при прочтении!

О.Палёк, 2010 г

Поначалу, данное произведение задумывалось просто как сборник стройбатовского фольклора с изрядной примесью чернухи. Но по мере долгого процесса написания масса фольклора понемногу уменьшалась, зато возрастала масса художественного вымысла. Сначала это меня беспокоило, как приверженца социального реализма. Однако затем я решил, что чернухи сейчас в литературе хватает, а вот с юмором некоторые проблемы. Поэтому решил оставить все, как есть.

Хотя место действия, персонажи и события не выдуманы, все изрядно преувеличено. А посему не стоит винить автора в выдумке. Просто читайте, и надеюсь, что при этом вы получите удовольствие.

Автор

…На старте догорали остатки ракеты. С трудом встав на раненую ногу, я подтянул командира к окопу и без сил свалился на дно. Тянуло горелым мясом и гептилом, смертоносная радиация опаляла мозг… Уже 3-тий месяц лежу на госпитальной койке, приходил командир дивизии, сказал, что буду представлен к награде. Не знаю, выживу ли, моя милая Марина, так что на всякий случай шли рублей 50 на похороны… Я сложил листок, подписал в верхнем углу «¹²/Марина», сунул его в папку. Затем начал новое: «Здравствуй, дорогая незнакомка, пишет тебе геройский защитник Байконура. Ты меня не знаешь, поэтому мне здесь так без тебя одиноко…»

В это время зашел мой сменщик, и я начал готовиться к сдаче караула. Гауптвахта, как обычно, была плотно заполнена.

Кочкуркин, «сталкер», мой старый друг, опять отличился: всю ночь писал на корпусе ракеты с советско-французским экипажем «ДМБ-83», но на последней двухметровой букве был обнаружен доблестной охраной и получил 15 суток ареста 2 раза.

Хатин, электрик. Вдрызг пьяный ворвался в роту молодых в 2 часа ночи и устроил смотр песни и строя. Первый взвод спел «Все выше и выше и выше, и вот уж коленки видны…». Второй — «Первым делом мы испортим самолеты, ну а девушек…». На третьем взводе за шел помдеж. 3 суток «губы».

Лямкин, шофер. Сменял у казахов машину фанерных ящиков на ящик водки. Когда казахи растапливали свои печки этой фанерой, от взрыва снесло их кибитку и еще три вокруг. Вывод: смотри на маркировку ящиков и не торгуй порохом. (Порох-то дороже продать можно!)

После развода караула я двинулся в казарму.

Часть, как обычно, готовилась к очередной проверке. Все было параллельно и перпендикулярно, пострижено, покрашено и посыпано песком. Трава красилась зеленкой, колючая проволока — ультрамарином, входные чугунные ворота — лаком. Привязывались листья к дубам, мылся с мылом асфальт.

Молодые из второй роты срочно меняли плакат «Солдатский клуб: «Ночь, полная страсти», ночной сеанс» с полуголой Мадонной на «Народ и армия — едины» с солдатом в парадной форме. Однако Мадонна при этом оставалась — видимо, олицетворяя народ.

В казарме, как обычно, полный бардак. Из сушилки слышны уханья и приглушенные стоны. В ленинской комнате из газет резали колоду карт. В бытовке, по звукам, пристреливался самодельный пистолет. В спальном отделении деды играли в «дембильский поезд». Две двухъярусные койки изображали купе, пяток бегающих молодых с вениками в руках — мелькание деревьев за окном. Дневальный за проводника разносил чай. Не хватало только музыки, девочек и выпивки. Впрочем, я еще не дошел до старшинской. Лучше бы не дошел.