Хогвартс. Альтернативная история. Хороший ученик

Фик написан в основном для того, чтобы избавиться от ностальгии по учебе, возникшей при чтении ГП. В первой части — вступление и первый год обучения. Защиту ведет Квиррелл.

Директор проводил взглядом выходившую секретаршу и спросил еще раз:

— Откуда, вы сказали, вы приехали?

— Коррекционная школа Мэнсона, — ответил мужчина в кресле у окна.

— Ни разу о такой не слышал, — признался директор.

— Мы недавно открылись, — сказал мужчина.

— Здесь, в Лондоне?

— Неподалеку от Ньюкасла.

— Ньюкасл… — директор кивнул. — Таких заведений становится все больше и больше, вы не находите? Тенденция, мягко говоря, не радует.

Мужчина промолчал. Через секунду в кабинет вернулась секретарша с папкой в руке.

— Прошу, — сказала она, протягивая ее директору.

— Спасибо, Мэри… Вот, мистер Снейп, с кем вам придется иметь дело. — Директор раскрыл папку, с кривой усмешкой полистал подшитые листы, затем поднялся и подошел к гостю. — Почитайте. А я пока вызову мальчика.

Он вышел из кабинета и затворил за собой дверь.

— Скрестите пальцы, Мэри, — сказал он секретарше. — Если этот тип заберет у нас Ди, я в это же воскресенье устрою праздничный ужин. И кстати, вызовите его ко мне.

Мэри сняла трубку, а директор вернулся в кабинет.

Мужчина у окна поднял голову:

— Что значит «пугал детей и преподавателей»?

— Именно то, что написано, — директор уселся за стол. — Знаете, я человек рациональный, трезвый… конечно, в церковь я хожу, и у нас тут есть священник, но сам он тоже… кстати, не хотите с ним поговорить? Он вам много чего может рассказать.

— Нет, благодарю, — мужчина вернулся к чтению. — Мне достаточно ваших слов и этих бумаг.

— Так вот, — продолжал директор. — Ди иногда говорит странные вещи, и если бы… если бы они не сбывались, все считали бы его просто злым фантазером. Но… не поймите меня превратно, я не верю в… сглаз и тому подобную чушь, все эти объявления в газетах — гадалки, экстрасенсы, весь этот нью-эйдж, шаманство, — но я видел, что видел! То, что он говорит — сбывается! Он будто, ну не знаю, проклинает людей.

Снейп снова поднял голову. Директор испугался своих слов и быстро проговорил:

— Конечно, я в это не верю! Просто людям свойственно находить совпадения там, где их нет! Тем более плохие совпадения. Дурные пророчества и тому подобную галиматью подводят под собственные неудачи и невезение…

— Да, случается… — медленно ответил Снейп и добавил спустя несколько секунд: — Так что же, он предсказывает несчастные случаи?

— Вроде того, — сказал директор, мысленно ругая себя за болтливость и моля бога, чтобы посланец далекой школы не передумал. — Дети боятся, да и некоторые преподаватели тоже. Те, кому он что-нибудь… предсказал. Мистер Уорвик в начале года попал под автобус.

Директор понимал, как глупо это прозвучало, но его гость не улыбнулся.

— У него отличные оценки, — заметил он.

— Увы, — директор вздохнул. — Если бы он оказался просто тупым и злобным ребенком, все было бы гораздо проще. С такой публикой мы умеем справляться. Но когда сюда попадают подобные экземпляры, наша традиционная педагогика перед ними пасует. Здесь нужен иной подход. Надеюсь, у вас получится лучше, чем у нас, — закончил он, изобразив на лице сочувствие и веру в благополучный исход педагогической борьбы преподавателей и воспитателей школы Мэнсона.

— Не сомневайтесь, — ответил Снейп и усмехнулся. Директор приободрился.

В дверь заглянула Мэри.

— Он здесь.

Директор приглашающе махнул рукой и не смог сдержать улыбки от предвкушения скорого расставания.

— Ди, тебя Пейдж вызывает!

Толстый Мо просунул голову в туалет, где я с самого утра мыл полы и соскребал со стен написанные за последние несколько дней слова, фразы, предложения и похабные рисунки.

— Давай, нечего притворяться, что работаешь, — Толстый Мо хмыкнул. Я бросил в унитаз сигарету и, сполоснув руки в раковине, отправился наверх.

— И что ему на этот раз надо? — поинтересовался я, пока мы шли. Толстый Мо был старостой нашей группы, но, несмотря на это, неплохим малым. Он пожал плечами:

— Зеленка позвонила Кэрроу, а та послала меня за тобой. Больше ничего не знаю.

У лестницы нас встретила Кэрроу в своем унылом коричневом платье и с косой ухмылкой на лице.

— Морган, ты свободен.

Когда Мо удалился, она продолжила, глядя на меня с нескрываемым торжеством:

— Надеюсь, ты будешь вспоминать нашу школу как рай земной, где тебе было действительно хорошо… И ты, конечно же, опять курил.

Я промолчал.