Херувимский странник

© Товарищество научных изданий КМК, 1995

© П. Хондзинский, предисловие, послесловие, перевод, 1993.

Имя немецкого поэта-мистика Ангела Силезия (Силезиуса) не вовсе безызвестно в России: на него ссылался в своих трудах Бердяев, С. Булгаков[1] анализировал его творчество в ряду других немецких мистиков, – однако не будучи переведен на русский сколько-нибудь полно, подобно Мейстеру Экхарту и Якобу Беме, он не обрел самостоятельного бытия в нашей культуре. Предлагаемая вниманию читателя работа – один из первых шагов к этому.

Земная жизнь Ангела Силезия (его первое, родовое имя – Иоганн Шеффлер) пришлась на семнадцатый, трагический для Германии век. Посеянное Лютером духовное семя принесло горчайшие политические плоды. Борьба папистов и лютеран, вылившаяся очень скоро в борьбу католического императора и протестантских князей и затронувшая практически все государства Европы, – эта борьба увенчалась наконец Тридцатилетней войной. Предметом распри послужили истина, свобода вероисповедания, границы императорской власти и reservatio ecclesiastica[2]. Заключение же в 1648 году Вестфальского мира явилось отнюдь не следствием исчерпывающей победы одной из сторон, но свидетельством явного истощения обеих. В результате войны лютеране были уравнены в правах с католиками, а кальвинисты с лютеранами, подтверждены были решения Аугсбургского сейма относительно церковных владений. Франция получила Эльзас, Мец, Тур и Верден; Швейцария обрела независимость от Германской империи, Швеция получила часть Померании, устье Одера и города Висмар, Бремен и Верден; курфюрст Бранденбургский Фридрих – епископства Магдебургское и Гальберштадское. Император утратил всякую реальную власть над Германией. Между тем: «Целые земли опустели; в одном Гессене исчезло совершенно 17 городов и 300 сел без следа. В Богемии осталось из 3000000–800000. Образование упало, села остались без учителей. Большая часть деревень осталась без священников. Пасторы должны были заниматься другими ремеслами; они шили сапоги, делались портными. Бедность была несказанная»[3]. В этой стране и жил Иоганн Ангел Силезий.

Отец поэта, польский дворянин-лютеранин Станислав Шеффлер, покинул однажды пределы королевства Польского и обосновался в Бреслау. Дата и причины его переезда не дошли до нас, однако вполне вероятно, что поступок этот – следствие гонений на польских протестантов со стороны господствующей католической церкви. Представление о «бедном изгнаннике», впрочем, вряд ли согласуется с личностью и положением в обществе херра Стенцеля Шеффлера. Документы свидетельствуют о его значительном материальном достатке (он ссужал деньгами городской совет), о достатке же – если не избытке – его жизненных сил говорит нам запись в книге венчаний церкви Марии Магдалины от 20 февраля 1624 года: в этот день 62-летний «херр Станислаус Шеффлер фон Краков из Польши» сочетался законным браком с «благородной добродетельной девицей Марией», дочерью «покойного благородного достойнейшего высокоученого херра Иоганна Хеннемана[4]». В том же году у супругов рождается первенец: 25 декабря будущий поэт окрещен в церкви св. Елизаветы и наречен именем Иоганн. В 1626 г. на свет является Маддалена, в 1630 – Христиан, слабый рассудком и переживший своего знаменитого брата в доме умалишенных. Бедствия войны минуют Бреслау, сберегая его для чумы, сведшей в 1633 году треть города в могилу. 14 сентября 1637 года умирает Станислав Шеффлер. 29 апреля 1639 в списки Елизаветинской гимназии вносятся оба сына Станислава – Иоганн и Христиан. Примечание к имматрикуляционному списку гласит, что они проживают у матери, однако через месяц умирает и она. Этими датами рождений и смертей, собственно, и исчерпываются наши сведения о детстве поэта.