Гувернантка для дракона

Я стояла на террасе и со страхом вглядывалась в ночную темноту. Порыв ветра принес с собой жуткий аромат крови, пороха, смерти. А может, мне только показалось… Безумно пугала зловещая тишина, потому что это было затишье перед бурей. Даже в свои шестнадцать лет я понимала, что случилось непоправимое. Государственный переворот произошел неожиданно, и теперь жизнь моей семьи уже никогда не будет прежней.

Внезапно, где-то вдалеке что-то оглушительно бабахнуло, и на горизонте вспыхнул огромный яркий багряный шар, от которого в разные стороны разбегались тонкие алые лучи… смерти.

Именно так взрываются ультронеоновые бомбы, безжалостно уносящие жизни всех, кто оказался в радиусе поражения. Едва дымка красного цвета касалась живого организма, тот мгновенно погибал и шанса на спасение просто не было. Жуткое изобретение ученых. Совсем недавно отец с гордостью рассказывал о том, что теперь с таким оружием нашей планете не страшны никакие внешние враги, но, как оказалось, бояться нужно было не чужаков, а своих…

Я подняла голову к небу, пытаясь разглядеть огни шаттла родителей, но, к сожалению, увидела только чернильную темноту. Подряд раздалось еще три взрыва. Закрыв лицо ладонями, я пыталась справиться со страхом и понять, что мне делать. Государственный переворот произошел неожиданно, и хаос в одно мгновение охватил всю столицу. Было много погибших. Я понимала, что очень скоро мародеры доберутся до нашего престижного района, и тогда вряд ли удастся выжить.

– Николь…, – услышав тоненький детский голосок, вытерла слезы и обернулась на сестренку. Она стояла на пороге – сонная, в розовой пижаме с любимым плюшевым белоснежным мишкой в руках, и сейчас была похожа на белокурого большеглазого голубоглазого ангела. – А где мама?

– Лира, – я подошла к сестренке и присела рядом с ней на корточки, так чтобы мои глаза оказались напротив ее лица. Положив ладони ей на плечи, как можно спокойнее, ответила. – Мама и папа найдут нас позже. А сейчас иди в спальню и быстро достань из шкафа свои вещи – штаны, кофту, кроссовки. Я скоро подойду к тебе. Ты все поняла?

Моя сестренка, несмотря на свой четырехлетний возраст, была довольно самостоятельной и очень сообразительной, и я знала, что она с точностью выполнит мое задание.

Малышка кивнула и убежала, а я направилась в свою комнату. Грохотнуло где-то совсем близко. Дом вздрогнул. Послышался звон стекла. Стало понятно, что времени почти нет.

Папа так и не прилетел, значит, не смог. Его голограф молчал. Возможно, «новая» власть глушила связь, а может… Я отгоняла плохие мысли прочь, стараясь сосредоточиться на том, что сейчас мне нужно добраться до космодрома. Ведь там корабль отца, и его люди обязательно смогут нас защитить.

Дальше я действовала автоматически. Черный спортивный костюм, кроссовки, светлые волосы решила спрятать под капюшоном, чтобы не привлекать внимания. В родительской спальне открыла сейф, и как велел отец, вытащила леи – валюту, принимаемую на всех планетах. Запихав бумажные купюры в рюкзак, немного подумав, туда же спрятала ключи от отцовских счетов в межгалактическом банке и несколько небольших слитков золота.

Дальше побежала в детскую. Лира с большими округленными глазами сидела на постели, с ужасом разглядывая через панорамное окно алеющее небо. Прогремел еще один взрыв.

– Николь, мне страшно, – призналась сестренка, едва не плача. – Где мама?

– Ничего не бойся, – я бросила рюкзак на стул и присела возле детской кроватки. – Мы сейчас с тобой прогуляемся. Ты же хочешь посмотреть, где работает наш папа?

– Хочу, – пролепетала малышка.

– Тогда давай снимай пижаму и сейчас поедем на космодром.

На то, чтобы одеть сестренку у меня ушло несколько минут. Внезапно послышался шум двигателей шаттла, и я с облегчением вздохнула, искренне веря, что это за нами прилетели родители.

– Мама с папой приехали, – сообщила я маленькой Лире, и взяв ее за руку, поспешила вниз. Обслуживающий персонал покинул дом, едва по галовизеру пролетела новость о захвате власти. Каждый старался спасти свою шкуру, и никому не было дело до детей хозяина дома.

Взрывы, видимо, повредили линии электропередач, потому что внезапно свет погас. Дом погрузился в темноту. Я подхватила Лиру на руки и тихо шепнула: «Не бойся!».

Свет от прожекторов шаттла, приземлившегося в нашем дворе, проникал через большое окно в гостиной и хорошо освещал ее, поэтому мне не составило труда спуститься по лестнице. Я сделала шаг к входной двери и замерла.

Во дворе послышался чужой разговор на незнакомом мне языке, а дальше где-то вдалеке раздался испуганный женский вскрик…

Некоторое время назад

Пиии…Пиии… Пиии…

Противный раздражающий звук бесцеремонно ворвался в мой сон, прерывая сновидения. Перевернувшись на бок, посильнее зажмурилась, а потом ко мне пришло осознание, что это голограф.

Подскочив на постели автоматически нажала на кнопку приема видеовызова и передо мной тут же появилось взволнованное лицо отца:

– Николь, ты слышишь меня? – тревожно спросил он.

– Папа? – зевнула я. – Что случилось?