Гроб хрустальный. Версия 2.0

Представляя читателям Библиотеки Мошкова трилогию "Девяностые: сказка", я хотел бы сказать несколько слов.

Году в двухтысячном мне пришла в голову идея написать детективную трилогию про девяностые. 1994, 1996 и 1998 годы – и по сказке на каждую книжку, чтобы интересней было писать. Я начал "Семь лепестков" и писал их урывками года два – что вообще не идет на пользу книжкам. "Гроб хрустальный" занял у меня весь 2002 год, а летом 2003 года я наконец написал "Серенького волчка".

В этот момент я оглянулся и увидел, что первые две книги никуда не годятся. То есть в них, может быть, что-то схвачено про место и время. Наверное, даже сюжет в меру увлекательный – но написаны они отвратительно. К сожалению, издательство "Амфора" успело их не только издать, но и разрекламировать – и у меня волосы дыбом вставали при мысли, что люди прочтут "Волчка", а потом пойдут читать про лепестки и гроб.

Делать было нечего – и первые две книжки я переписал. Я планировал назвать их "Семь лепестков: второй приход" и "Гроб хрустальный: версия 2.0" – чтобы не обманывать читателя новым названием и, вместе с тем, показать, что это совсем другие книги. Однако "второму приходу" была не судьба прийти – вместо него пришел Госнаркоконтроль, спустя два года после публикации вспомнив про "Семь лепестков". Несмотря на неоднократные заверения главы этого почтенного ведомства, что художественная литература их не интересует, они затеяли долгое судебное разбирательство с "Амфорой" и книжными магазинами. Сам я чувствовал себя дурак дураком: с одной стороны, никакой пропаганды наркотиков в "Семи лепестках" не было (я уверен, что пропаганды в художественных книжках вообще не может быть), с другой – я бы хотел, чтобы все забыли о существовании этой злосчастной первой версии. Так или иначе, мое новое издательство – "Эксмо" – решило не дразнить гусей, книжку попридержать и лепестки из названия удалить. В результате в "Эксмо" книжки выходили в порядке, обратном хронологическому: "Серенький волчок", "Гроб хрустальный: версия 2.0" и только потом – "Семь лепестков", переименованные в "Подобно тысяче громов". Злые языки тут же переделали название в "Подобно тыще микрограмм", но, так или иначе, крамольных лепестков и еще более крамольного "прихода" в названии не осталось. По просьбе издательства я внес в роман несколько мелких изменений – для Библиотеки Мошкова я отыграл их назад, оставив только переписанное предисловие с завуалированными цитатами из авторского предуведомления к "Жюстине". Я также вернул на место посвящение, по нелепой случайности выпавшее при верстке.

В заключение – несколько слов о существующих в Сети первых вариантах "Семи лепестков" и "Гроба хрустального". Я выложил их в библиотеку Мошкова в тот момент, когда "Кирилл и Мефодий" подали в суд на lib.ru. Поскольку я всегда был сторонником свободного распространения книг в Интернете, было бы странно ограничиться только заявлениями – пришлось доказывать делом свою верность идеалам. Сейчас мне бы хотелось, чтобы этих книг никто не видел – но пусть себе живут, как живут старые версии сайтов на www.archive.org. Читателям же я настоятельно советую читать "Подобно тысяче громов" и "Версию 2.0", а в ранние варианты даже не заглядывать.

Разумеется, этой публикацией я также хочу выразить поддержку Библиотеке Мошкова и всем тем людям, кто способствует свободному распространению книг в сети.

Настоящим я также разрешаю свободное некоммерческое распространение трилогии "Девяностые: сказка" в сети Интернет при условии сохранения целостности текста, включая заглавие, указание имени автора, благодарностей, даты написания и прочее.

"Гроб хрустальный" – второй том детективной трилогии о девяностых, как раз между "Семью лепестками" и "Сереньким волчком". Появление "исправленного и дополненного" издания первой книги ("Семь лепестков: второй приход") потребовало изменений и в этом романе. Впрочем, в отличие от "Второго прихода", "Версия 2.0" не столь радикально отличается от первоначального варианта. Предоставлю читателю, знакомому с трансмутациями "Семи лепестков" до самого конца гадать, поменял ли я на этот раз убийцу.

Описанные в романе события вымышлены, хоть я и пользовался историями, которые в разное время происходили со мной, а также с людьми знакомыми и незнакомыми. Тем не менее, сходство или совпадение имен, фамилий и фактов биографий случайно и не должно считаться указанием на того или иного реального человека. В особенности это относится к моим одноклассникам, уверявшим меня после выхода первого издания, что "в нашей школе все было совсем не так". Спасибо, я знаю. Слава богу, это не мемуары.