Гремящий дым

Сборник рассказов о происхождении географических наименований, предлагаемый вниманию читателей, является продолжением исторических новелл, опубликованных Географгизом в прошлые годы («О чем молчит карта» и «Тайны географических названий»).

Как и в первых двух книгах, автор стремится в научно-художественной форме познакомить читателя с историей возникновения ряда географических наименований как на территории нашей страны, так и за ее пределами.

Едва ли будет преувеличением сказать, что топонимика — наука о географических названиях, о причинах их возникновения — касается буквально каждого из нас. Ведь с географическими наименованиями мы сталкиваемся в своей повседневной жизни: находясь в дороге, читая газету, книгу, слушая радио или смотря на экран телевизора.

Географических наименований сотни и сотни тысяч, и за каждым из них скрывается какой-нибудь любопытный факт, могущий расширить наш кругозор, пополнить умственный багаж.

Рассказать хотя бы о некоторых из них живым языком, воскресив картины прошлого, события давно минувших веков, эпизоды из жизни отдельных народов, — такова цель, которую поставил перед собой автор.

При этом он не ограничивается лишь вопросами топонимики, но попутно сообщает ряд сведений общепознавательного характера, где это представляется возможным и уместным. Делается это для того, чтобы читатель имел возможность более широко представить себе историческую обстановку, сопутствующую тому или иному конкретному факту, лежащему в основе каждого рассказа.

К этому следует добавить, что крайняя скудость фактического материала, относящегося к расшифровке причин возникновения тех или иных географических наименований, в ряде случаев, пожалуй даже в большинстве, вынуждала автора допускать известный домысел в целях оживления повествования, но ни в коем случае не в ущерб исторической правде. Сознательно став на этот путь, автор стремился изобразить по возможности правильно характеры действующих лиц, их манеру писать, говорить, мыслить; нарисовать окружающую их обстановку — одним словом, передать колорит эпохи, в которой они жили и действовали, будь то времена героев древнегреческих мифов, бурные годы географических открытий с присущими им жестокостью и кровопролитием или другие периоды истории человечества.

Я с неизменным удовольствием вспоминаю август 1952 года.

Представьте себе живописно разбросанный по склонам крымского берега Гурзуф, ласково плещущееся гостеприимное Черное море, солнечный пляж, рыбную ловлю ранним утром, купание в полуденную жару и прогулки на лодках в вечерние часы. Что может быть чудеснее такого отдыха!

Но вспоминаю я эти дни не только потому, что хорошо отдохнул физически, что Крым встретил меня отличной погодой, лазурным морем, обилием фруктов, а еще и потому, что судьба оказалась ко мне до конца благосклонной, послав собеседников, с которыми невозможно было соскучиться.

Один из них, Василий Петрович, поселился в Гурзуфе два года назад, выйдя на пенсию и построив себе небольшой домик. До этого он много лет прожил в Ялте, ведая экскурсионным бюро. Другим моим собеседником был его брат Андрей Петрович, который бывал в родных местах только наездами — после окончания механико-математического факультета Московского университета он остался работать в столице. Ежегодно в августе он приезжал к Василию Петровичу и проводил отпускное время на берегу моря, где протекли его детство и юность.

Снимая комнату в соседнем доме, я быстро сошелся с этими интересными людьми и большую часть времени проводил в их обществе.

С Андреем Петровичем мы были неразлучны: купались, загорали, ловили рыбу, плавали на лодке. В лодке он чувствовал себя как дома, и я, человек сугубо сухопутный, совершенно спокойно отправлялся с ним в дальние морские прогулки вдоль побережья, нисколько не задумываясь над тем, что море не всегда бывает ласковым и спокойным. Порой и Василий Петрович составлял нам компанию в наших путешествиях.

И где бы мы ни были — в лодке, на пляже, за обедом, в саду вечером, — всегда мы находили темы для разговоров, круг которых был очень велик.

Всего, о чем было говорено за этот месяц, не перескажешь, да и ни к чему это. Но кое-какими воспоминаниями мне хочется поделиться, потому что они имеют непосредственное отношение к разгадкам географических наименований, то есть к тому предмету, которым я занимаюсь.

Как-то раз, совершая с Андреем Петровичем очередную экскурсию, мы забрались довольно далеко в сторону Ялты и, когда взглянули на часы, обнаружили, что уже перевалило за полдень. Время было возвращаться, чтобы не опоздать к обеду.

— Успеем? — с некоторым сомнением спросил я.

— Все в руках человеческих, — философски изрек Андрей Петрович. — Приналечь придется немного, только и всего. Садитесь рядом, будем грести вместе.