Говорят: под Новый год…

В России снова была пора холодов и оттепелей. Страна погрузилась в зимний хаос, когда где-то стоит чуть ли не вечная мерзлота, а где-то люди открывают зонтики и ругаются на чём свет стоит из-за того, что в очередной раз Новый год словно и не Новый год вовсе. Их ноги месят слякоть – смесь насыпанного от гололедицы песка, вязкой земли и подтаявшего снега. Их носы недовольно втягивают в себя запах гниющих листьев. И, в целом, всё было так, как обычно бывает в сельской местности Северо-Запада великой державы – декабрьское утро, густой мрак и гадкое настроение. Разве что невидимые для человеческого глаза духи летают, смотрят, слушают и читают мысли, чтобы после шепнуть на ушко Её Величеству Вечности, что происходит в человеческом мире. И, выслушивая их, эта королева то хмурилась, то улыбалась, а там и определяла для каждого из людей свой виток судьбы.

– Шевели ногами, – проворчала мама Катя, обращаясь к пятилетней дочке, которую она держала за руку.

– Мы в садик опаздываем?

– Конечно. Как без опозданий? Из-за тебя мы никогда из дома вовремя выйти не можем.

Вот и всё. На этом разговор мамы и дочки завершился. Екатерина Андреевна задумалась о том, что опять придётся перед начальником оправдываться, и что, как назло, вчера она на утро отложила одно очень важное дело. А маленькая Таня молчала, так как чувствовала себя виноватой и вместе с тем обиженной. Она ничего не знала о маминых заботах, ей просто очень-очень хотелось, чтобы та обняла и поцеловала её перед уходом, но… мама всегда торопилась уйти, потому что ей было важно работать. А зачем эта работа нужна?

– Всё, веди себя хорошо, – сказала мама на прощание.

Таня тут же заныла:

– Мне ботинок не снять!

Плач заставил маму Катю поморщиться. Она очень спешила, а теперь вот на такую ерунду время тратить! Но ругаться на капризную Таню при воспитательнице женщина не захотела, а потому по-быстрому помогла девочке раздеться и, испытывая негодование, торопливо вышла на улицу. Дочку она так и не поцеловала, некогда было.

– Тьфу ты! – увидела она уходящий автобус и поняла, что опоздание на работу станет ещё заметней.

Витающий возле женщины дух печально вздохнул.

***

Дети чувствуют всё острее взрослых. Это избитая истина, но почему-то мало кто о ней задумывается. И мало кто соотносит её с тем, что дети знают гораздо меньше, а потому взрослые оправдания для них всего лишь пустые слова. Для Тани было важно ощутить заботу мамы. И не получив её, она села в уголок и стала играть там. Одна. Но так было недолго. Потом начались занятия, а после подготовка к празднику – ребята репетировали номера. Потом настала пора прогулки, обеда и сна.

– Значит праздник завтра будет? – переодевая пижаму, серьёзно спросила Таня у воспитательницы.

– Нет, сегодня вечером.

– Но ведь, когда просыпаешься, утро. И мама сказала, что праздник утренник.

– Утро – это когда ты дома просыпаешься, – попыталась объяснить воспитательница, но тут двое мальчиков расшалились, и она подошла к ним.

«Работа важнее», – грустно подумала Таня и юркнула под одеяло. С глаз у неё потекли слезинки. Она ведь была совсем малышка. И кто виноват, что так вышло – она уже усвоила правду жизни, связанную с тем, что крайне мало желаний имеют хоть какое-то значение. Таня даже не ждала Новый Год. Нет, она знала, что получит подарки, что в небе будет много красивых огней, что ей разрешат не спать допоздна. Но ей также было известно, что взрослые сядут за стол и начнут свои разговоры. Никто не обратит на неё внимание, а если она начнёт приставать, то отругают старших ребят – двоюродных братьев‑подростков.

«Новый Год – это грустно, – решила девочка, поворачиваясь на другой бок, но всё равно пожелала. – Пожалуйста, Дедушка Мороз, пусть сегодня мама придёт на праздник и поцелует меня».

Затем она закрыла глаза и совсем не почувствовала, как невидимый дух ласково погладил её по волосам.

***

Любой человек, знающий Екатерина Андреевну, сказал бы, что она образцовая мать. Несмотря на то, что семья была неполной, её Танюшка всегда была одета с иголочки, постоянно ездила на детские мероприятия, посещала два кружка – танцев и лепки, и даже умела считать на английском языке до десяти. Более того, в сети постоянно появлялись фотографии счастливого, пусть и маленького семейства. Екатерина Андреевна знала, что её девочка очень фотогенична и любила её фотографировать.

– Вот, вот так повернись. И улыбайся, – говорила она дочери.

Танюша тут же послушно делала, как ей велено, и каждый следующий кадр был удачнее предыдущего.

– Какая ты у меня модель! – восхищалась Екатерина Андреевна, утыкаясь в телефон со снимками, пока дочка растерянно стояла рядом.

Все вокруг знали – Екатерина Андреевна любит своего ребёнка. Она даже ни разу не пропустила ни одного праздника в садике. Всегда сидела в первом ряду и снимала выступление, чтобы потом отправить его родственникам. Вот только сегодняшний ей придётся пропустить, совсем рассердился начальник.