Горячая секретарша

Аманда помедлила, прежде чем пройти в салон самолета. Она никогда не отправлялась в полет, не бросив взгляда на табличку с данными производителя стальной птицы. Ей непременно нужно было убедиться, что самолет построен по всем правилам, на настоящем заводе и, даст бог, не свалится с неба вместе с ней.

Исполнив ритуал, Аманда опустила глаза, чтобы не встречаться взглядом с недовольными стюардами. Пассажиры разделяли их негодование: как же, ведь из-за нее вылет задержался на целых пять минут! В обычной ситуации никто бы и внимания не обратил на столь незначительную задержку, но людям в самолете, судя по их приглушенным недоброжелательным комментариям, эти пять минут показались вечностью.

Аманде очень нужно было попасть на вечерний, последний на сегодня рейс. Важная деловая встреча в Окленде, куда она летела, назначена на десять утра завтрашнего дня, а утренние самолеты часто задерживаются из-за туманов. Мысль о возможном опоздании приводила Аманду в ужас. Только каким-то чудом старая университетская подружка Кэтрин добыла ей место и уговорила персонал аэропорта подождать, пока Аманда вихрем пронесется по коридорам на посадку. Еще секунда – и она уткнулась бы в закрытые двери.

Даже не взглянув на соседа по ряду в кресле у окна, Аманда сунула ноутбук в отделение для ручной клади. Как только самолет наберет высоту, надо приниматься за работу. Они проведут в воздухе меньше часа, но Аманде важна каждая минута. От ее расторопности зависит, останется ли фирма на плаву, сохранит ли она свое место. Деньги для нее сейчас – вопрос жизни и смерти.

Аманда со звонким щелчком застегнула ремень. Самолет уже плавно ехал в направлении взлетной полосы, стюарды привычной скороговоркой знакомили пассажиров с правилами поведения в экстремальных ситуациях. За последние два месяца она так часто летала по этому маршруту, что выучила правила наизусть. Только сейчас Аманда обратила внимание, что сидит в бизнес-классе. Как же давно она не путешествовала с привилегиями! Благослови тебя Господь, милая Кэтрин…

Самолет замер в начале полосы, ожидая разрешения на взлет, и знакомый страх пришел на смену благодарному умилению. Аманда прижалась затылком к спинке кресла, закрыла глаза и попыталась вызвать в памяти утешительную статистику – факты и цифры, доказывающие, что самолеты все-таки чаще долетают, чем не долетают до места назначения. Попыталась убедить себя, что с точки зрения физики нет ничего невероятного в том, что продолговатая железная штука с крыльями отлично держится в воздухе на расстоянии десяти тысяч метров от земли.

Не сработало. Аманда почувствовала, как на ее лбу выступает холодный пот.

Она попробовала сосредоточиться на мыслях о работе. Это наверняка приглушит тревогу.

Ничего подобного.

Может быть, если она подумает о дедушке…

Бесполезно.

Сердце подкатило к горлу, мешая дышать. Аманда так не потела, даже когда била рекорд самого стремительного пробега по аэропорту в истории человечества. Не хватало только поддаться панической атаке и причинить еще какие-нибудь неудобства остальным пассажирам… Но стук сердца становился все лихорадочнее, все громче.

Надо просто дышать.

Легкие едва не взорвались, когда Аманда постаралась спокойно вдохнуть. Шум крови в ушах словно пытался заглушить рев двигателей. Она вцепилась в подлокотники, сфокусировавшись на том, что сейчас не может позволить себе потерять сознание. Или закричать.

– Человек достаточно эгоистичный и безответственный, чтобы задержать самолет. Я должен был сразу догадаться, что это ты, Аманда.

Аманда резко повернулась к соседу. Его голос прорезал гул в ее голове, как алмаз режет стекло.

Глаза темнее полуночного неба, обрамленные густыми черными ресницами, встретили взгляд девушки. Аманда смотрела в знакомое лицо с широким лбом, высокими скулами, горбинкой от старого перелома на носу и полными губами без тени улыбки.

Как давно она не видела эти черты, которые когда-то знала лучше, чем свои собственные!

– Здравствуй, Джаред.

Она даже не почувствовала, как самолет оторвался от земли. Перегрузка, вжавшая ее затылок в подголовник кресла, не заставила Аманду отвести глаза от насмешливой гримасы на лице мужчины.

– Сколько мы не виделись, лет десять? – промурлыкал он. – Я думал, за это время что-то изменилось, но, видимо, ошибался.

«Мы не виделись девять лет, – подумала Аманда. – Девять лет и семь месяцев».

– Что-то изменилось, что-то – нет.

Она скользнула взглядом по его одежде. Джинсы. Джаред всегда ходил в джинсах – в школе, после школы, когда стриг газоны, таскал коробки, мыл машины под раскаленным летним солнцем или в зимний холод. Интересно, он знал, как они ему идут?

Ей не нужно было особенно всматриваться в лейблы, чтобы понять – это совсем другие джинсы, дизайнерские, не те выцветшие, с дырками на коленях, которые Аманда так хорошо помнила. Она посмотрела на его черный свитер из кашемира. Да, кое-что определенно изменилось.