Город-на-Оке

Фёдор Степаныч Богомазов, мужчина средних лет и не менее средних аппетитов, ранним субботним днём, когда солнце ещё только-только появилось на небосклоне, прибыл в Город-на-Оке, чтобы своими глазами удостовериться в том, что там живут чудеса.

О здешних красотах наслышан был всякого. И ради красот этих самых не поехал бы туда ни за что. Своих хватает, местных. У нас же в России-матушке какой город ни возьми (да что там город – любая деревня подойдёт!) – везде сплошь красота! Самобытная, правда. Не всякому заезжему иностранцу придётся по вкусу. А уж сколько их тут бывает! Считать – не пересчитать!.. Только Степанычу этого не надобно. Счетоводом больше двадцати лет прослужил. И это в одной только должности! Стабильность – признак мастерства. Так он часто сам себе говорил. И потому трудился в своём кабинетике, считая циферки на бумажке и изредка считая ворон в небе, что громким карканьем своим так и норовили отвлечь его от службы и вовлечь в дела явно нерациональные. Но воронам не объяснить всей прелести канцелярского заточения. Они птицы вольные и в клетках сроду не бывали.

А Степаныч воли вольной с малых лет не видал. Как началось взросление, так и пришло служение. Всяк через это проходил. Эка, невидаль! Поэтому Степаныч, дожив до сорока с копеечками годиков, отпусков практически не брал. И на пенсию, само собой, ещё не вышел, и неизвестно было, выйдет ли. Знай одно – трудись! А чем плохо?

А потому, когда начальство неожиданно отпуск объявило, Степаныч поначалу не знал, как на такое дерзкое заявление среагировать. Трудился, понимаешь ли, а теперь вдруг бери да поезжай куда-нибудь отдохнуть. И как теперь, извольте спросить, со всем этим жить ему, человеку служивому?

Впрочем, долго размышлять ему не дали. Сказано – выполняй! И Степаныч, вещички осторожно подсобрав, устремился в неведомую для него доселе даль.

Долго думал он, как бы время с пользой провести. С людьми умными советовался, спрашивал, мол, как оно – в отпусках? Люди умные, стоит к ним только обратиться, в один миг ещё умнее становятся, и ну давай советы раздавать направо и налево! А Степаныч слушал и внимал, чуть приоткрыв рот. Так и собирал он советы, как говорится, «с миру по нитке». Собирал, собирал, а потом и сам понял, как надо.

Вот и решил Степаныч в честь предоставленного ему двухнедельного отпуска (это же надо, какая роскошь!) поездить по городам и весям нашей страны необъятной. А вдруг, чего нового разглядеть удастся? Он же ведь не только считать, он и глядеть может.

Собрав все свои пожитки в один чемодан (не так уж и много ему понадобилось), Степаныч, вооружившись картой местности, отправился на вокзал.

Собственно, так и началось его путешествие.

Заехал в один стольный град, самый что ни есть близлежащий. Всё там ему понравилось – чистенько, прибрано, ни единой души – ни на улицах, ни в домах. Куда все подевались?

Ходил-ходил Степаныч в поисках людского, но, так никого и не обнаружив, решил прямиком на вокзал. А вон они, оказывается, где были! Валом повалили из города своего стольного, чтоб приличий, так сказать, не нарушать. Чтоб чистоту соблюсти и порядок поддержать. Оно ведь как у нас – где много народу, там мало порядка. Вот и распорядились горожане видные, чтоб меньше людей на улицах толпилось. Сказано – куда-нибудь отправляйтесь. Да не мешкайте! Городу порядок нужен.

Поэтому Степаныч, наскоро заскучав, решил продолжить своё путешествие. А ну, как в других местах повезёт больше?

Так и вышло. И после стольного града он отправился в менее стольный и приличный городок, а из него – в другой, а затем и в третий.

Побывав, таким образом, в нескольких местах, Степаныч успел подивиться красотам и диковинам богатого русского колорита, попробовал двадцать (!) сортов самого отборного самогона, узнал много новых слов, произносимых на разных наречиях, и слегка окунулся в местный фольклор исподнего значения. Таким образом, развеселившись понемногу, Степаныч уже рассматривал свой отпуск не как добровольный отсыл на каторгу, а как хорошую возможность с пользой провести время (хоть и не забывал о том, что время – это деньги).

Во время переезда на поезде из одного города в другой Степаныч познакомился с чудноватым на первый взгляд пассажиром, который болтал без умолку и надобности. Звали его Алфёр-без-отчества. Так и просил он себя называть, и Степаныч, удивившись поначалу, вскоре привык. Мало ли какое имя человеку при рождении дали? Смеяться – грех. А пошутить и над чем-нибудь другим можно.

Так вот, Алфёр этот без-отчества оказался весьма бывалым путешественником. Стал он Степанычу истории разные рассказывать. И между делом упомянул про город невиданный, что, дескать, на реке Оке стоит. Не самый большой по размерам город и не такой уж красивый с точки зрения архитектуры, но! – народ туда валом валит.

– А почему? – осведомился Степаныч, попивая чаёк из большой стеклянной кружки, да закусывая его бутербродом с твёрдым сыром и мягкой колбасой.