Город дождей

ПОСВЯЩАЕТСЯ Л&А

Черт возьми! Не могу дышать!

Я бежала по улице и оглядывалась по сторонам. В толпе мегаполиса было трудно что-то разглядеть. Запыхавшись после долгой пробежки, остановилась, чтобы отдышаться. Горло саднило, в груди уже подступал раздражающий кашель. Даже после пяти лет в Сиэтле, я продолжала теряться на его улицах как в первый день, и разумеется, постоянно опаздывала.

Телефон в кармане куртки завибрировал. Я выдавила проклятье и ответила на звонок:

– Шон… – набрав побольше воздуха, я продолжила. – Я знаю, что опаздываю. Прости…

Встреча была назначена пятнадцать минут назад в одном из кафе. Сейчас я уже начала сомневаться, что смогу найти дорогу.

Услышала легкий смешок, после чего хриплый голос ответил: – Посмотри прямо.

Подняв голову, я снова осмотрелась. Люди проносились мимо, словно муравьи. В этой толпе лишь мы двое оставались неподвижны – я увидела его ухмылку по другую сторону от дороги. Бросив трубку и закинув телефон обратно в карман, перебежала улицу, игнорируя возмущенные сигналы водителей. Кинувшись в раскрытые объятья, я медленно вдохнула его запах – такой знакомый, почти родной, мысленно возвращающий меня в детство. Я сжала его крепче обычного, желая продлить момент воссоединения.

Он вернулся.

Шон мягко рассмеялся, но так и не отпустил меня, пока я не отстранилась из-за нехватки воздуха. Его поездка стала настоящим испытанием для нас обоих. Он провел последний месяц в Белфэре, нашем родном городе, по семейным делам. А это практически вечность для лучших друзей. Мы были настолько заняты, что за все это время обменялись лишь парой сообщений. Так что я успела соскучится и была чертовски рада увидеть его.

Холодная капля упала на мою щеку. Над городом грязно-серым пятном сгустились грозовые тучи. Еще одна, и еще. Прохожие начали как по команде раскрывать зонты, пока мы остались под редким дождем, который с каждой секундой набирал силу. Назначенное место оказалось неподалеку, но к тому моменту, когда мы добрались до его дверей мы были насквозь мокрые, словно нас окатили из шланга.

Мы прервали тишину в зале усталым смехом. Шон стянул с себя пальто и повесил на вешалку у входа. Последовав его примеру, провела рукой по мокрым волосам. Уютно, и к счастью, народу было немного.

– Что-то в этом году сезон дождей начался раньше, – в его голосе были едва уловимы нотки раздражения, он никогда не любил пасмурную погоду, которая преследовала нас всю жизнь.

Официантка проводила нас за столик у окна. Мы уселись на мягкие диваны напротив друг друга.

Сиэтл известен своими дождями. Особенно они изобиловали в октябре месяце, которые мы шутливо прозвали «сезоном дождей» – вода заливает улицы почти без остановки. В это время года зонт был необходимым атрибутом каждого.

Теплая ладонь накрыла мою, вырывая из размышлений. Шон даже не смотрел на меня, он мило улыбнулся официантке, делая заказ. В это время я могла вдоволь наглядеться на его лицо. Светлые волосы намокли, неряшливо прилипли к лбу, кожа слегка порозовела от холодного воздуха, придавая ему ребяческий вид. Отпустив официантку, он взглянул на меня серо-голубыми глазами.

– Она флиртовала с тобой, – прошептала я, едва сдерживая смех, – не упускай момент!

Он лишь закатил глаза. Не могу вспомнить когда в последний раз у него были серьезные отношения. От всех попыток свести его с кем-то – отмахивался, как сейчас. Мой друг, мягко говоря, был тем еще упертым бараном, но не подумайте, я все же любила его всем сердцем.

– Рада, что ты вернулся. Как дела дома?

– Нормально. – скучающе протянул он, – Помнишь как там красиво? Вокруг лес, всегда свежий воздух…

Да, с тем связано много приятных и ужасающих воспоминаний моей жизни. Всю свою жизнь я прожила в небольшом домике на берегу Худ-канала, с него веяло прохладой и свежестью. Виды из окна открывались невероятные: на водную гладь, простирающийся вдаль лес и горы. Безмятежная тишина привлекала туристов, желающих отвлечься от шумного города, но не отъезжать далеко от цивилизации.

Лучшей составляющей моего детства можно было назвать Шона – соседский мальчик, благодаря которому жизнь в том городе была не такой уж скучной. Один забор, одна школа, не трудно догадаться, что и после выпуска мы решили не отдаляться и поступили в один колледж. Мы были идеальной парочкой друзей. Единственное, что разделяло нас – родной город.

С облегчением вырвавшись из его цепких лап, я не горела желанием возвращаться в родной дом. Там меня не ждало ничего радужного. Моя сестра перебралась в Сиэтл следом за нами и полностью разделяла мое нежелание возвращаться в отчий дом, где мы потеряли обоих родителей – мать погибла шесть лет назад, отец исчез. Мы тяжело пережили смерть мамы и бередить старые раны мне совсем не хотелось.

– Да, – усмехнулась, – мошки, клопы и вместо газеты – соседи-сплетники.

Шон пожал плечами, – Ничего такого, с чем бы ты не была знакома. Мама очень расстроилась, что ты не приехала со мной.