Город

Владимир Константинов

ГОРОД

роман

Ум всегда в дураках у сердца.

Ф.Ларошфуко

Тот, кто умеет, тот делает, кто

не умеет - тот учит.

Б.Шоу

Пролог.

Встреча эта случилась ровно два года назад. Была середина августа самая грибная пора в Сибири. А я, надо сказать, большой любитель этой бескровной охоты и, если выдавалось свободное время, не мог отказать себе в удовольствии побродить с лукошком по лесу. День тот выдался очень погожим теплым, тихим, солнечным. Ранним утром, прихватив корзину, я отправился в лес. Жил я в то время в Новосибирском академгородке более двадцати лет и за эти годы на пять километров в округе знал наперечет все грибные места. Поэтому к обеду моя двухведерная корзина была полна груздей, рыжиков, волнушек и маслят. Пора была возвращаться.

Я шел по лесной дороге и думал над сюжетом очередного романа. Здесь, среди природы, мне всегда легко думалось, появлялись свежие мысли, идеи. У развилки дороги стояла длинная г-образная скамейка. Мне всегда хотелось увидеть людей, построивших в лесу такие вот скамейки. Хорошие они должны быть люди, с красивыми и добрыми лицами. Я сел на скамейку, раскурил трубку. Курить трубку меня убедила жена, утверждая, что с ней я похож на Хемингуэйя. Я поддался её уговорам, хотя, честно признаться, никакого сходства со знаменитым писателем не обнаруживал. Минуты через три из леса вышел высокий, плечистый парень с точно такой же, как у меня, корзиной. У него было открытое, простодушное и довольно симпатичное лицо. Он подошел, поздоровался, сел на скамейку, достал пачку сигарет и тоже закурил. Его корзина также была полна грибов. Сверху я увидел насколько средней величины белых и откровенно позавидовал:

- Неужели белые пошли?! А я ни одного не нашел.

- Я знаю одну полянку, - ответил парень, улыбаясь. - Там они всегда появляются раньше, чем в других местах.

- Значит, через недельку надо снова наведаться.

- Обязательно. - Он долго ко мне присматривался, затем спросил: Скажите, вы - писатель?

- Да, - подтвердил я. - А мы разве встречались?

- Нет. Я видел вас по телевизору.

- Было такое дело.

- Вас ведь Владимиром Ивановичем зовут?

- Ну и память у вас! - удивился я.

- Да, память у меня исключительная. А меня зовут Григорием. Григорий Орлов.

- Тот самый? - шутливо спросил я.

- Какой? - недоуменно посмотрел он на меня. - Ах, вы имеете в виду графа? Нет, я - другой. А впрочем, в нашей жизни все возможно. Поэтому, не могу гарантировать, что я не тот самый.

Ответ меня несколько удивил и позабавил. Интересный молодой человек, с юмором.

- Хотите, Владимир Иванович, я расскажу вам совершенно потрясающую историю, случившуюся со мной совсем недавно? - неожиданно предложил Григорий.

- А может быть мы сначала перекусим, - проговорил я, снимая рюкзак и доставая из него термос с кофе и бутерброды с колбасой, о которых я, увлекшись грибной "охотой", совершенно забыл. - Ты как, не против?

- Он не против, - ответил тезка знаменитого графа и широко улыбнулся. Замечательная у него была улыбка. Так улыбаться может лишь человек с большим сердцем и широкой душой. Нравился мне новый знакомый. От него веяло жизненной энергией и уверенностью, так порой нехватающим людям, особенно в наше трудное время.

Мы перекусили и он рассказал мне, действительно, совершенно невероятную историю. Григорий оказался большим выдумщиком и фантазером. Я люблю фантастику. Но даже у известных фантастов не читал ничего подобного.

- Молодец! Красиво сочиняешь! - похвалил я его, когда он закончил свой рассказ.

- Я ничего не сочиняю, - неожиданно для меня обиделся он. - Я же вам сказал, что все это было со мной в действительности.

- Но согласись, Гриша, поверить во все это очень трудно? - сказал я примиренчески.

- И вместе с тем, это так, - упрямо проговорил он.

- Ну, хорошо, - сдался я. - Допустим, что вся эта история - не плод твоего воображения. Допустим. Но зачем ты мне её рассказал?

- Хочу, чтобы вы об этом написали.

- А почему бы тебе самому не написать? Ты очень красочно повествовал. Я от души посмеялся.

- В том то и дело, что уже пробовал, - горестно вздохнул Григорий. Рассказываю вроде интересно, а как сажусь за компьютер, получается коряво и неубедительно. Так напишите? - с надеждой спросил он.

- Надо все как следует обмозговать, - ответил я уклончиво.

На том мы и расстались.

После этой встречи, я долго размышлял над услышанной от Орлова историей. Что-то цепляло меня за живое, заставляло вновь и вновь к ней возвращаться. Интуитивно я чувствовал, что за всей этой фантасмагорией скрывается большая правда жизни, её философский смысл. Но так и не отважился её написать - уж слишком все казалось невероятным и несерьезным.

А полгода назад я встретил Григория Орлова у торгового центра академгородка. Под руку его держала девушка необыкновенной красоты.

Увидев меня, Орлов широко разулыбался, подошел, поздоровался, крепко пожав мне руку, представил девушку:

- А это - моя Таня. Помните, я вам о ней рассказывал?