Гонки на выживание

Александра Крэйг Алессандро положила перо и перевернула исписанную страницу. Она встала из-за стола, как была, босиком, подошла к окну и выглянула в темный сад. Легкий бриз, напоенный ароматами Нормандии, подхватил ее длинные черные волосы, зашелестел страницами письма на столе.

Это было только начало, но оно далось ей с неслыханным трудом. Ей казалось, что стоит только принять окончательное решение, как правдивые слова польются из нее подобно лаве из долго молчавшего вулкана. Но она ошиблась. Возвращение в прошлое оказалось невыразимо мучительным.

Она вернулась к столу и взглянула на письмо. Тонкий, слегка наклонный почерк, каждое слово четко выписано и отделено от соседнего. Вот так сейчас ее жизнь отделена от жизни дочери. Ее единственная дочь, ее красивая, отважная, своенравная Роберта была сейчас в Нью-Йорке со своим отцом и готовилась пуститься в отчаянную авантюру, от которой только мать могла попытаться ее удержать.

Александра пробежала глазами то, что уже успела написать, пытаясь поставить себя на место Бобби, увидеть написанное ее глазами. Как воспримет правдивая, но разрываемая внутренними конфликтами и противоречиями семнадцатилетняя девочка эту горькую исповедь? Ее взгляд сосредоточился на втором абзаце, она начала читать.

«…Многие художники довольствуются лишь своим искусством, картины и скульптуры составляют всю их жизнь, больше им ничего не нужно. Для твоей матери в течение многих лет это было не так. Любовь была нужна мне больше, чем искусство.

У нас с Андреасом в самом начале была настоящая любовь, полное единение душ и сердец. Но нам этого было мало: нам требовалось нечто большее. Нам нужна была ты.

Все в жизни имеет свою цену, Бобби, и для меня, как видно, настал час заплатить эту цену сполна. Теперь я вижу, что мне следовало сделать это много лет назад, но столько всего было поставлено на карту… мне просто не хватило смелости сказать тебе правду. Но сейчас я испытываю такой глубокий страх за тебя… боюсь, что ты можешь совершить ужасную ошибку и она будет стоить тебе жизни…

Мое признание внесет еще большую сумятицу в твою жизнь, Бобби, хотя, видит бог, на твою долю и так уже выпало слишком много треволнений, и за это – только за это и ни за что больше – я прошу у тебя прощения.

Пойди в библиотеку своего отца, Бобби, и посмотри на картину «Источник жизни», ту, что висит над камином. Ты, наверное, думаешь, что она хорошо тебе знакома, но советую тебе взглянуть на нее еще раз. Видишь пять фигур? Видишь, как сияние, исходящее от центральной, самой маленькой фигурки, освещает мужчину и женщину слева и справа от нее? Посмотри на следующую фигуру, силуэт мужчины. Он находится на границе света и тени, наполовину скрыт в темноте. А последний мужской силуэт совсем погружен в тень, но все-таки заметен.