Гонка героев

Боль в ноге отдавалась волнами при каждом шаге. Сил уже не было. Да и если признаться честно, то воли к жизни тоже. Сколько бессмысленных смертей и сколько разрушенных судеб? Именно сейчас, именно в самом конце пути Артур остановился.

– Господи, что же мы наделали? – подумал он и обвёл глазами бесконечный мегаполис, уходящий своими краями далеко за горизонт.

Сотни пожаров полыхали на улицах Новой Москвы. Яркие вспышки молний били из-под чёрных тел огромных туч, а проливной дождь и неутихающий ветер создавали истинную картину ада, воцарившегося на земле. Что же рождает в человеке такую непоколебимую волю? Что заставляет идти вперёд даже тогда, когда весь мир оказался против? Нельзя отступить, нельзя сдаться, но каждый новый шаг приводит к ещё более разрушительным последствиям, толкая человека на край необъятной пропасти.

Если бы он знал ещё неделю назад, чем обернётся жестокая ирония судьбы, он бы не раздумывая смело плюнул в лицо тому человеку, который осмелился сказать ему правду. Впрочем, что такое правда? Мы верили в то, что делаем всё ради правды и справедливости. Однако сейчас на пороге конца Артур понял одну простую истину – либо убиваешь ты, либо умираешь сам и другого в этом чудовищном параде смерти не дано.

На карту оказалось поставлено всё, но он проиграл. Тонкая струйка крови стекала по разбитому виску, а сердце отбивало неумолимый барабанный ритм. Секунды на циферблате наручных часов неумолимо приближались к нулю. Действие препаратов, замедляющих яд, практически сошло на нет. Крики. Повсюду слышались душераздирающие крики раненых и хлопки оружейных выстрелов. Всполохи плазменных зарядов тут и там озаряли бесконечные улицы города. Будто бы весь мир погрузился в пучину хаоса. Гигантская пружина расправилась стремительно. Настолько сильно, что захлестнула в водовороте всех и каждого. Адский огонь вознёсся из глубин преисподней, не оставив шанса на спасение. Мы сами виноваты во всём, но всегда есть и те, кто будет в ответе.

– Если бы ты встретил себя тогда, ещё до того, как всё это стало необратимым? Что бы ты сказал? – подумал Артур и, выждав ровно секунду, тихо ответил, – Я бы сказал: «беги!»

– Чёртова осень! Я ненавижу осень, – застёгивая ворот длинного серого плаща, выругался Артур.

Его чёрные волосы намокли и слиплись от маслянистой плёнки грязных капель, падающих с чернильного неба. Почему-то он не особо жаловал форменные головные уборы, являющиеся обязательной частью полицейского мундира, но в остальном, несмотря на видимую поношенность и лёгкие потёртости, форма была весьма ухожена. Яркий значок отдела полиции северного административного округа Новой Москвы сверкал на груди, а на поясе неизменно болтался новёхонький плазменный пистолет, которыми за последний год вооружили всех стражей правопорядка. Уж что-что, а оружие сотрудникам силовых ведомств выдавали исправно, в отличие от всего остального. То ли они боялись общественных волнений, то ли просто потому, что этих игрушек накопилось так много, что склады оказались переполнены. В любом случае Артур уже давно свыкся со своей работой и ролью рядового служителя фемиды в насквозь прогнившем государстве, управляемом болванами, по крайней мере так считало подавляющее большинство его сограждан да и, чего греха таить, сам Артур.

Струи проливного дождя лили уже несколько дней кряду. Словно всё вокруг было погружено в серую пелену уныния и безысходности. Свинцовые тучи неподвижно висели над головами, выливая из себя бесконечные потоки ледяной воды. Они будто зацепились своими брюхами за шпили огромных небоскрёбов, утыканных по всему городу.

– Не-на-ви-жу, – процедил Артур, наступив порвавшимся ботинком в очередную лужу, и тут же почувствовал, как мерзкая холодная жижа просочилась внутрь.

Найти хорошую обувь нынче было очень тяжёлой задачей, а вот купить её – это уже было чем-то совершенно нереальным. Проще было достать какой-нибудь ствол и нож, нежели действительно хорошую одежду. В современной Москве единственным разумным выходом стал натуральный обмен. Товар в обмен на товар, если говорить проще. Словно бы вернулись те стародавние времена, о которых ещё в детстве Артуру рассказывал его дед. Он с отвращением вспоминал о талонах на продукты, о тотальном дефиците всего и вся. Кто же мог знать, что буквально через столетие, вместо путешествий к новым неизведанным мирам далёкого космоса мир вернётся к той же точке. Правда, кого обманывать? Люди упали настолько низко, что и думать об этом сейчас не хотелось.