Голландец

Объект поднимался из темноты, неотличимый от сверкающих звёзд.

— Никаких сомнений, — сказал Кармоди. — Он находится на орбите.

— Хью, — Макирас говорила не отрывая глаз от экрана своей консоли, — ты уверен, что он не мог появиться с поверхности?

На тот момент ни у планеты, ни у её солнца не было названия. Мы находились на расстоянии в тысячу световых лет в скоплении Дама-под-Вуалью, в двенадцати днях пути до ближайшей станции. Планета была редкой жемчужиной, одной из немногих, чьи климатические и геологические условия позволяли быстро заселить её людьми. Её единственный континент находился у северного полюса, придавленный ледниками уходящего ледникового периода. Но это был также и мир островных архипелагов, спокойных океанов и возвышающихся гранитных вершин. За исключением арктического региона, не существовало ни одного массива суши, достаточно большого, чтобы обеспечить значительную эволюцию наземных животных.

— Нет, — ответил я. — Никого там нет.

— Я получаю постоянную частоту на доплере[2], — сообщил Кармоди.

Макирас подпёрла подбородок кулаком и вгляделась в изображения на экранах.

— Отзовите исследовательские команды, — приказала она вахтенному офицеру. — И оцените, сколько времени это займёт.

Я начал было возражать, но ничего не добился, лишь поднялся из кресла. Губы капитана сжались в тонкую линию:

— Не сейчас, Хью, — тихо сказала она. — В уставе чётко прописана такая ситуация. — Она ударила по кнопке на подлокотнике:

— Говорит капитан. Мы можем вступить в контакт. «Тенандром» сейчас в Состоянии Готовности Два. Для тех из вас, кто состоит в группе мистера Скотта, — она бросила взгляд в мою сторону, — это означает, что мы можем ускориться фактически без предупреждения. Пожалуйста, подготовьтесь должным образом.

Кармоди склонился над пультом, его глаза расширились от возбуждения.

— Объект искусственного происхождения, — сказал он. — Наверняка.

— Каких он размеров? — спросила Макирас.

— Почти сто двадцать метров в длину, около тридцати пяти в диаметре, в самом широком месте, чуть впереди центра.

— Размером с Ордуэйский фрегат, — заметил вахтенный офицер. — А мы уверены, что никто здесь больше не появится?

— Никто из тех, о ком мы знаем. — Макирас снова переключила внимание на командирский экран. — Вывести звук и изображение мостика на вспомогательные экраны. — Я был благодарен капитану: по крайней мере, моим людям не придётся лёжа в койках гадать, что же, чёрт возьми, происходит.

Я подошёл и встал поближе к капитану, чтобы нас никто не услышал.

— Это будет стоить нам уйму времени, — сказал я. — И, вероятно, кое-чего из оборудования. Почему бы не провести исследования, прежде чем отзывать всех?

Сейдж Макирас была некрасивой женщиной с выступающими челюстями и слегка пятнистой кожей, ставшей такой в результате долгой борьбы с болезнью Тревисона, от которой обычно умирали. Она часто моргала, и её глаза были тусклые и безжизненные, за исключением тех случаев, когда ей приходилось проявлять свои выдающиеся способности. Тогда, возможно, на какое-то время, они были вполне способны зажечься.

— Если нас ожидает сюрприз, — сказала она, — то, вероятно, не стоит ждать день или два, пока ты соберёшь своих людей.

— Я начинаю получать отчётливую картинку, — сообщил Кармоди. Он отфильтровал часть свечения, уменьшил контрастность и убрал звёздное поле[3]. То, что осталось, было одиночной точкой белого света.

Мы наблюдали, как точка плавно растёт, превращаясь в приземистый массивный цилиндр, утолщённый в середине, закруглённый с одного конца и расширяющийся с другого.

— Один из наших, — сказала Макирас, не в силах скрыть своего удивления. — Но он же старый! Взгляните на конструкцию…

Корабль был небольшим, нескладным и пугающе знакомым — реликтом другой эпохи. Это был один из тех кораблей, которые совершали межзвёздные прыжки в самом начале существования привода Армстронга, доставляя Дезире, Танияму и Билла-Проповедника на планеты, составившие в итоге Конфедерацию. Это был тот корабль, который участвовал во внутренних войнах, и который в самый тёмный час человечества дал отпор ашиурам. Как всем известно, ашиуры — единственная другая раса в галактике. Телепаты. «Немые».

Довольно долго все молчали.

Тем временем корабль всё увеличивался и увеличивался.

— Капитан, — доложил вахтенный офицер, — возвращение оценивается в двадцать восемь часов с момента отзыва.

— У нас есть его орбита, — сказал Кармоди. — Следующее сближение произойдёт через три часа одиннадцать минут на расстоянии две тысячи шестьсот километров.

— Оставайся с ним, — подтвердила Макирас. — Я хочу знать, будет ли он реагировать на наше присутствие.