Голем

Annotation

Исаак Башевис Зингер (1904–1991) — знаменитый еврейский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе. «Голем» — захватывающая и мудрая история. В её основе лежит старинная еврейская легенда о глиняном человеке, созданном для защиты евреев в трудных ситуациях. И однажды он вышел из-под контроля своего создателя…

Книга издана при поддержке Фонда Ави Хай.

Исаак Башевис Зингер

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

Librs.net

Благодарим Вас за использование нашей библиотеки

Librs.net

.

Исаак Башевис Зингер

Голем

Посвящаю эту книгу всем преследуемым и угнетённым на земле, молодым и старым, евреям и неевреям, так как до сих пор не потерял надежду, что время облыжных обвинений и неправедных судов рано или поздно пройдёт. И. Б. 3.

В те времена, когда раввином в старой Праге был знаменитый кабалист^[1] рабби^[2] Лейб, евреи подвергались гонениям. Император Рудольф Второй, человек учёный, был нетерпим ко всем, кто не принадлежал к католической вере. Он преследовал протестантов и ещё более того — евреев. Их нередко обвиняли в том, что будто бы они используют христианскую кровь для приготовления пасхальной мацы^[3]. Почти все люди знали, что обвинение это лживо, что еврейская религия запрещает употреблять в пищу кровь животных, не то что людей. Но каждые несколько лет речь об этом заходила снова. Если у кого-нибудь из христиан пропадал ребёнок, враги евреев сразу же заявляли, что его убили, чтобы добыть кровь для мацы. И не было недостатка в лжесвидетелях. Невинных людей казнили, и нередко случалось, что пропавшее дитя потом отыскивалось, живое и невредимое.

Рабби Лейб был великий талмудист^[4], мистик^[5] и чудотворец. Он умел исцелять больных с помощью сверхъестественных сил, пользуясь разными талисманами^[6] и камеями^[7]. Если власти хватали ни в чём не повинного человека из его общины, он спешил предоставить доказательства его невиновности. Многие верили, что в трудные для его людей времена рабби Лейб мог призывать на подмогу ангелов, а также демонов и гоблинов^[8].

В Праге жил один богач по имени граф Ян Братиславский. Вернее, он когда-то был очень богат, владел большими поместьями и сотнями крепостных крестьян, но всё это он пропил, проиграл в карты и растратил на свары и раздоры с соседями. Жена его так страдала от позора, что в конце концов заболела и умерла, оставив маленькую дочку Ганку.

В это же время жил в Праге еврей, которого звали Элиэзер Полнер. Он был проницательный и предприимчивый делец и, хотя жил в гетто^[9], сделался в конце концов банкиром и был хорошо известен не только в Праге, но и по всей Европе. Реб Элиэзер славился также своей благотворительностью, он щедро помогал в нужде как евреям, так и христианам. Был он уже в годах, лет шестидесяти, и имел длинную серебристо-белую бороду. Даже по будням он ходил в собольей шапке и в долгополом шёлковом лапсердаке^[10], перепоясанном широким кушаком. У реб Элиэзера был большой дом, женатые сыновья и замужние дочери и целый выводок внуков. Он был на свой лад человек учёный, имел обыкновение вставать каждый день на рассвете и до полудня молиться и читать Тору^[11] и Талмуд. И лишь после этого отправлялся в банк заниматься делами. Жена его Шейндл происходила из почтенной семьи и была такой же богобоязненной и добросердечной, как и муж. Она ежедневно посещала богадельню, приносила бедным и больным хлеб и горячую похлёбку.

Граф Братиславский, постоянно испытывая нужду в деньгах, распродавал свои земельные владения и лесные угодья, а также своих крепостных крестьян, которых тогда, в конце XIV столетия, покупали и продавали, как скотину. В банке у реб Элиэзера он задолжал большие суммы, и кончилось тем, что реб Элиэзер вынужден был отказать ему в дальнейших ссудах.

В тот год весь месяц март, который пришёлся примерно на еврейский месяц Нисан^[12], граф играл в карты. Он проиграл своим богатым партнёрам все золотые дукаты^[13], что лежали у него в кошельке. И, желая отыграться, пустился играть в долг, для чего подписал обязательство заплатить в трёхдневный срок всё, сколько останется должен. А нарушить подобный зарок почиталось в кругу игроков страшным позором. Не однажды случалось, что игрок, не сумевший заплатить долг, пускал себе пулю в лоб.

Подписал граф Братиславский эту бумагу и продолжил игру с ещё большим азартом, то и дело прихлёбывая вино и куря табак. И когда игра закончилась, он оказался должен семьдесят пять тысяч дукатов. Однако граф был слишком пьян, чтобы осознать, что он натворил. Он возвратился к себе в замок и проспал много часов подряд. И, только проснувшись утром, уразумел, что произошло. У него больше не было и семидесяти пяти дукатов, не то что тысяч. И все его владения были проданы или заложены.