Глобальный национализм

Слово “масоны” оказывает воздействие на наших патриотов всех мастей и оттенков, какое красная тряпка производит на быка. В то же время национальное общественное сознание развитых капиталистических стран относится к нему довольно терпимо. И хотя данное явление имеет важное политическое значение, ещё никто не дал вразумительного ответа на глубинную причину отторжения масонства укоренившимся народным умозрением, – и не только русским. Значит, для такого ответа требуется некий совершенно отличающийся от традиционных взглядов подход, опирающийся на новые теоретические открытия и обоснования. Попробуем осознанно подойти к поднятой теме с соответствующей позиции.

В известном смысле вся мировая история государств и цивилизаций есть история поиска средств и способов для создания единого глобального сверхгосударства, единого центра управления человечеством, – поиска, возбуждаемого стремлением углублять разделение труда и получать всё большую производительность труда в производстве средств жизнеобеспечения, которые необходимы для роста биологической численности человеческого вида как такового. Как некая стратегическая сверхзадача развития мира идея единого центра управления человечеством зародилась уже в Древнем Египте и в Междуречье. И первоначально она рассматривалась лишь с точки зрения создания сверхгосударства одной, избранной высшими силами языческой цивилизацией, призванной богами выстроить остальной мир по своему подобию. Однако слава первой удачной попытки осуществить её досталась молодому царю Македонии и предводителю греков в войне с Персией Александру Македонскому. После невероятных успехов в завоевании огромных пространств Евразии и Египта он заразился данной идеей от египетских жрецов, но внёс в неё коренные изменения. Александр Македонский впервые поставил целью государственной власти собрать под единым управлением все региональные цивилизации Европы, Азии и Африки, то есть всего мира, каким мир представлялся в то время, ради превращения их в совершенно новую цивилизацию, отрицающую противоречия между древними языческими цивилизациями через смешение их населения и культурных традиций. Способом достижения такой стратегической цели Александр Македонский избрал предельное совершенствование всех известных ему военно-управленческих учреждений власти. С одной стороны, он создавал централизованные учреждения административного управления, опирающиеся на военачальников, а так же на высочайшую дисциплину и выучку непобедимых македонских и греческих фаланг. И, с другой стороны, вводил в завоёвываемых землях учреждения экономического управления, которые опирались на греков полисных государств Эллады, использовали их опыт, предприимчивость в налаживании прибыльной хозяйственной жизни, денежного обращения и межгосударственной торговли. Выдающееся применение этих способов и имеющихся средств позволило ему разрушить замкнутость цивилизаций Евразии и Африки, заставить все цивилизации того времени вовлечься в мировую, глобальную политику, ощутить начало первой в истории военно-политической глобализации, следствием которой стало развитие всемирной торговли. Мучаясь проблемой придания устойчивости своей власти, которая объединяла военной силой и учреждениями административного управления совершенно разные и враждебные цивилизации, Александр Македонский увидел её решение только на пути насильственного разрушения этнического самосознания, на пути навязываемого военным и административным насилием смешения разных этносов и рас. Однако ход событий доказал, что путь этот был тупиковым.

Распад огромного сверхгосударства Александра Македонского, который начался сразу после его смерти, показал следующее. Одними военными силами и учреждениями текущего управления, самыми организованными и высоко профессиональными в сравнении с теми, что имеют другие страны, великому государственному деятелю можно завоевать весь мир. Но этому деятелю и его приемникам не удастся долгосрочно объединять и направлять к совместному развитию цивилизации, регионы и континенты, населённые разными расами и народностями, этносами и племенами. Для разрешения задачи долгосрочного единения нужна некая объединяющая местные интересы система идеологического насилия, которая обязана подразумевать разработку представлений о наличии стратегической цели общечеловеческого развития, – и должна появиться осуществляющая её священническая организация с эзотерическим мировосприятием, способная начать укреплять духовное единение народов, народностей и племён под единой властью.