Воспоминания

Пауль Людвиг Ганс Антон фон Бенекендорф унд фон Гинденбург

(1847–1934 гг.)

«Железный» Гинденбург

Человек, приведший к власти Гитлера. Таким помнят сегодня Пауля фон Гинденбурга.

Он был, возможно, ключевой фигурой в Германии между двумя мировыми войнами. После поражения в Первой мировой он стал настоящим символом страны, олицетворял мужество и стойкость немцев. Его любили, ему ставили памятники, его профиль чеканили на монетах, выпускали оловянных солдатиков в виде генерал-фельдмаршала. Имя Гинденбурга получил пассажирский дирижабль, крушение которого в 1937 году в США вызвало большой общественный резонанс. Несмотря на право-монархистский уклон во взглядах, в той или иной мере Гинденбург стал объединяющей фигурой для всех политических сил, исключая разве что коммунистов.

Мемуары вышли в 1920 году, через два года после поражения Германии в Первой мировой и за пять лет до избрания Гинденбурга президентом. Книга называлась Aus meinem Leben («Из моей жизни») и начиналась так:

«Весенним вечером 1859 года 11-летним мальчиком я попрощался с отцом у решетчатых ворот кадетского дома в Силезии. Прощание было не только с любимым отцом – я прощался со всей своей прошлой жизнью. Переполненный эмоциями, я не мог сдержать слез. Смотря на слезы, падающие на униформу, я подумал: “В этом наряде нельзя быть слабым и плакать”. Я вырвал себя из мальчишеской грусти и смешался с толпой новых товарищей.

Стать солдатом не было результатом определенного решения. Это было само собой разумеющимся».

На русском языке книга воспоминаний Гинденбурга впервые увидела свет в 1922 году. В это издание вошли главы, касающиеся периода 1916–918 годов, начиная с момента назначения Гинденбурга на должность начальника Генерального штаба.

Мемуары представляют собой хронику войны с точки зрения верховного командования. Гинденбург делает попытку объяснить мотивации немецкого руководства. Ему хотелось успокоить и воодушевить деморализованных поражением немцев. До конца своей жизни он был солдатом. И для него было честью служить кайзеру Вильгельму и своей стране.

Эти воспоминания обязаны своим появлением не склонности к писательству, но многочисленным просьбам и предложениям, поступающим мне.

Я хотел написать не исторический труд, а скорее воспроизвести впечатления, которые давала мне моя жизнь, и изложить принципы, которые служили основанием моих действий. У меня не было в мыслях спорить или оправдываться, не говоря уже о самовосхвалении. Я думал, поступал, ошибался как обычный человек. Всю жизнь решающим для меня было не одобрение мира, а мои внутренние убеждения, долг и совесть.

Следующие страницы воспоминаний, написанные в самый тяжелый период нашего Отечества, все же не несут горький отпечаток безысходности. Мой взгляд уверенно направлен вперед и вверх.

Я с благодарностью посвящаю книгу всем тем, кто сражался со мной на полях войны и дома за существование и величие Империи.

Сентябрь 1919 г.

28 августа 1916 года в Брест-Литовске я получил приказание Его Величества Императора как можно скорее прибыть в его главную квартиру. Причина кратко сообщалась мне начальником военного кабинета: «Положение серьезно».

Уже не в первый раз призывал меня мой государь для обсуждения военного положения и военных планов. И на этот раз я думал, что Его Величество желает выслушать мое мнение о каком-нибудь определенном вопросе. Предполагая, что меня недолго задержат, я взял с собою только самое необходимое. 21 августа перед обедом в сопровождении своего шефа я приехал в Плесс. На вокзале по поручению Государя меня встретил начальник военного кабинета. Из его уст я впервые узнал о предполагаемом моем и генерала Лудендорфа назначении.

Перед дворцом в Плёссе я встретил моего Высочайшего военачальника, который ожидал Ее Величество Государыню, возвращающуюся из Берлина и приехавшую в Плесс вслед за мною. Государь сейчас же приветствовал меня как начальника генерального штаба армии, а генерала Лудендорфа – как моего первого главного генерал-квартирмейстера. Государственный канцлер тоже прибыл из Берлина и, очевидно, был так же, как и я, поражен переменами, о которых при мне сообщал Его Величество.

Вскоре затем состоялась передача мне дел моим предшественником. Генерал фон Фалькенгейм подал мне руку на прощание и сказал: «Бог в помощь вам и нашей родине».

Положение на театре военных действий в это время было, по первому моему впечатлению, таково: