Герцогиня

Мисс Клер Уиллоуби влюбилась в Гарри. Одиннадцатого герцога Макаррена, как только увидела его. Как, впрочем, почти все женщины, находившиеся в гостиной. Но Клер полюбила Гарри не только за его редкую красоту — широкие плечи, густые светлые волосы и сверкающие голубые глаза. И не за ноги, такие мускулистые благодаря езде верхом на норовистых лошадях, — мощь так хорошо подчеркивала короткая шотландская юбка ярко-зеленого цвета. Нет, Клер больше всего поразило то, что она услышала.

При виде его юбки, свисавшей с пояса сумки мехом наружу, украшенной серебром, кинжала с рукояткой из слоновой кости в тесных ножнах, пледа, наброшенного на плечо и пристегнутого пряжкой с гербом шотландского вельможи, Клер как бы услышала завывание ветра в зарослях вереска я низкое гудение волынок, залпы пушек Каллодина и рыдания вдов, оплакивающих павших в битве мужей. Ей почудились ликующие крики победителей, она угадывала мрачное молчание побежденных, пробуждение надежды, связанной с восшествием на престол Красавчика Чарли, принца Шотландского, и отчаяние, когда он потерпел поражение. Как наяву Клер услышала о предательстве Кэмпбеллов, в ушах у нее звучали стенания шотландцев, которые вели многовековую борьбу с англичанами.

Все это пронеслось в голове Клер при виде Гарри, потомка славной семьи Макарренов. Другие женщины увидели бы в нем просто красивого и бравого молодого человека. Воображение же Клер рисовало этого светловолосого гиганта сидящим во главе тяжелого дубового стола с серебряным кубком в руке. На лицо его падает отсвет огня, горящего в очаге, и он призывает своих людей следовать за ним. Он — вождь.

Гарри же увидел маленькую полногрудую девушку из Америки, довольно хорошенькую. Особенно привлекательной делало ее выражение лица. На нем был написан живой интерес ко всему и вся. Когда Клер взглянула на Гарри, ему показалось, что в этот момент он для нее — единственный мужчина на земле, которому стоит внимать. Ее большие темные глаза светились пытливым умом. Маленькая и изящная, она двигалась быстро, и в ее походке чувствовалась решительность, которой недоставало большинству женщин.

Гарри сразу понравилась живость Клер. Она не могла усидеть на месте ни минуты, ей все время хотелось куда-то бежать, что-то смотреть. Когда Клер предложила устроить пикник, Гарри с друзьями решили принять в нем участие. Девушка забавляла его. Иногда она слишком много говорила об истории Шотландии, но Гарри находил это весьма занимательным, особенно когда она принималась плакать, рассказывая о какой-нибудь битве столетней давности. Она считала героями множество шотландцев, чьи жизни, по ее мнению, были полны славных дел. Когда Клер говорила о них, ее взгляд становился рассеянно-мечтательным, а Гарри в такие мгновения больше всего интересовала ее восхитительная грудь.

А уж когда Клер назвала умершего брата Гарри одним из своих любимых героев, он даже поперхнулся вишневой косточкой и чуть не задохнулся. Однако Клер, никогда не терявшая присутствия духа, тут же заставила Гарри перегнуться через стул так, чтобы спинка надавила на живот молодого шотландца, и сильно ударила его по спине между лопатками. Косточка вылетела из глотки Гарри и, пролетев через всю гостиную, шлепнулась в чашу с пуншем.

Именно этот случай окончательно убедил Гарри в том, что Клер ему подходит. Брэмли Хаус нуждался в хозяйке, которая умела бы быстро принимать решения и претворять их в жизнь. Да и всем остальным владениям Гарри нужна была хозяйка с деньгами Клер.

Сама Клер была просто потрясена вниманием, оказанным ей настоящим шотландским герцогом. В его присутствии она едва осмеливалась дышать и только смотрела, слушала и улыбалась ему. Она говорила то, что, как ей казалось, он хотел услышать, и делала то, чего он желал. Оставаясь одна, Клер думала о Гарри и вздыхала.

Мать юной американки была вне себя от радости, что ее дочь влюбилась в настоящего герцога.

— Но он ведь еще и потомок клана Макарренов, — говорила Клер, но это ничуть не волновало ее мать.

Когда-то Арва Уиллоуби была очень красива, но теперь она совсем перестала обращать внимание на свои формы, выпиравшие из корсета. И она вовсе не собиралась позволить дочери — слишком скромной и наивной, по ее мнению, — упустить такой шанс. Арва делала все, чтобы научить дочь искусству покорять сердца мужчин.

Во-первых, она не разрешала молодым людям оставаться наедине. Она утверждала, что интерес мужчины к женщине только растет, если он видит ее не каждый день. Женщина слишком много времени проводит с мужем после свадьбы, так что не нужно часто видеться с ним до заключения брака.

— Но мама, — возражала Клер раздраженно, — герцог еще не просил моей руки. А как я определю, хочу ли сама выйти замуж, если не узнаю его?

Как обычно, у Арвы на все был ответ.

— Ты думаешь, что знаешь жизнь, потому что провела несколько лет, уткнувшись в книжки? На самом деле ты ничего не знаешь ни о мужчинах, ни о женщинах.