Джорджия и магнат

— Простите, — вежливо сказала Джорджия и крепко ухватилась за ручку задней дверцы такси.

— Но мне кажется, я первый, — очень холодно заметил мужчина, всем своим видом выказывая пренебрежение к длинноногим блондинкам, которые, с одной стороны, борются за равноправие, а с другой — претендуют на право пользоваться женскими слабостями.

— Как это понимать?

— Так и понимать, что я оказался здесь первым.

В некотором замешательстве Джорджия окинула его внимательным взглядом. Очень высокий, широкоплечий, лет тридцати с небольшим, в прекрасно сшитом костюме. Они стояли так близко друг от друга, что она видела, какая у него гладкая, покрытая золотистым загаром кожа, какие блестящие черные волосы и необычайно светлые глаза под густыми черными ресницами… Бесспорно, он был очень хорош собой, но ей такой тип мужчин никогда не нравился. Слишком энергичный, решительный и самоуверенный. Словом, копия ее собственного отца.

— Мне кажется, что мы подбежали одновременно, — миролюбиво сказала Джорджия. — Может быть, вы и коснулись машины первым, но только потому, что у вас руки намного длиннее. — Привыкшая к тому, что мужчины всегда уступали ей, Джорджия никак не ожидала, что в данном случае наткнется на глухую стену.

— Почему бы вам просто не признать мою правоту? — поинтересовался мужчина.

Казалось, даже воздух вокруг них накалился до предела, и все же Джорджия, очаровательно улыбнувшись, попыталась еще раз. Обычно ее улыбка действовала безотказно.

— Послушайте, я опаздываю на самолет.

— Понятное дело, — отозвался он. — Но, видите ли, я тоже опаздываю.

Проклятье! Даже и не думает уступать…

— Эй, ну и что вы там решили? — подал голос водитель. — За вами уже собралась целая очередь.

— Поедемте вместе, — предложила Джорджия компромиссный вариант.

— Тогда залезайте в машину, — сказал он, глядя на нее сверху вниз.

Джорджия невольно отметила про себя, что нос у него как у римских статуй. Она еще раз очаровательно улыбнулась и с преувеличенной вежливостью проговорила:

— Огромное вам спасибо. — Захлопнув за собой дверцу, девушка с трудом подавила желание сказать водителю, чтобы он немедленно трогался, не дожидаясь попутчика. Слава Богу, мужчина не пытался занять место рядом с ней, а уселся на переднее сиденье.

— Вы летите внутренним или международным рейсом? — спросил он, искоса бросив на нее взгляд. И опять она невольно поразилась тому, какие у него яркие серые глаза. Можно даже сказать, с серебристым отливом. Не чистое серебро, конечно, но очень похоже…

— Внутренним, — холодно ответила Джорджия, приглаживая волосы и глядя в окно. — Так что мне нужен аэровокзал Ансетт.

— Мне туда же, — обратился мужчина к водителю тоном, в котором явно угадывалось раздражение тем, что им по дороге.

Джорджия пододвинулась ближе к окну и с притворным интересом стала разглядывать запруженные людьми в этот обеденный час улицы. Какой странный мужчина. Видимо, он принимает ее за одну из бездельниц, не знающих, куда деть время. А ведь она — деловая женщина с собственным процветающим бизнесом.

Она действительно много работает. Гораздо больше, чем любой ее сотрудник. Доктор считает, что даже слишком много… Всего несколько недель назад напряжение сказалось на ее иммунной системе — она слегла в постель со страшным гриппом и поправлялась не так быстро, как обычно. А вдобавок она приняла тогда решение порвать с Гэвином. Гэвин был судебным адвокатом, причем очень неплохим. В последнее время он, однако, слишком часто в отношениях с ней прибегал к своим профессиональным штучкам. Он был патологически ревнив. Ни разу не дав ему повода к ревности, Джорджия решила, что разорвет помолвку. Но Гэвин не воспринял это всерьез. Он продолжал оказывать ей различные знаки внимания. Джорджия уже устала отсылать обратно цветы.

Отвлекшись от своих мыслей, она заметила, что попутчик и шофер оживленно и со знанием дела обсуждают китайский кризис. Дэн Сяопин… Кто будет у власти… Когда разговор коснулся Гонконга, Джорджия хотела было присоединиться к беседе, но подумала, что может нарваться на еще один презрительный взгляд, и решила промолчать. Минуты летели, и Джорджия начала опасаться, что опоздает на самолет. Конечно, ничего страшного не случится — она просто отправит дяде Роберту факс.