Генерал Раевский

БСЭ.М., 1974. Т. 18

РАЕВСКИЙ Николай Николаевич [14 (25).9.1771, Петербург, — 16 (28).9.1829, село Болтышка Чигиринского уезда Киевской губернии], герой Отечественной войны 1812 г., генерал от кавалерии (1813). В 1786 г. произведён в офицеры, участвовал в войнах с Турцией (в 1788-1790), Польшей (в 1792-1794) и Персидском походе 1796 г. В 1797 г. уволен в отставку. В 1805 с началом войны против Франции вернулся в армию и участвовал в Русско-австро-французской войне 1805 и Русско-прусско-французской войне 1806-1807 в отряде генерала П.И. Багратиона, под командованием которого отличился также в Русско-шведской войне 1808-1809 г. и в 1810-1811 г. в войне с Турцией. Во время Отечественной войны 1812 г. командовал 7-м пехотным корпусом, успешно действуя в бою у Салтановки, в Смоленском сражении 1812 г., Бородинском сражении 1812 г. (оборона батареи Раевского), под Малоярославцем и др. Отличался храбростью и умелым управлением войсками. Участвовал в заграничных походах 1813-1814 г., затем командовал корпусом на Юге России. С 1824 г. в отставке. Был в дружественных отношениях с А.С. Пушкиным и близок к декабристам (к ним принадлежали его зятья С.Г. Волконский и М.Ф. Орлов и двоюродный брат В.Л. Давыдов). С 1826 г. — член Государственного совета.

икогда за свои пятнадцать лет Николай Раевский не пускался в далёкий вояж, какой предстояло ему совершить в начале осени 1786 года.

Родившись в Петербурге, он никуда из столицы не выезжал. Пребывая в доме, общался с гувернёром да учителями, глотая одну за другой книги, испытывая большой интерес к чтению. А две недели назад на их даче появился военный чин.

   — Я от светлейшего князя Потёмкина, — представился он. — Имею честь передать вам его распоряжение.

   — Что такое? — насторожилась мать Николая Екатерина Николаевна.

Потёмкин доводился ей дядей. Виделись они столь редко, что он казался ей далёким родственником. Однако она знала, что Григорий Александрович был близок к самой матушке-государыне, возглавлял досточтимую Военную коллегию и являлся главным российским генералом.

Не знала она, что ныне на Юге России, в так называемой Новороссии, обострились отношения с Оттоманской Портой, претендующей на Причерноморье и Крым, и дядюшка, светлейший князь Потёмкин, находился там, в Екатеринославе, где был штаб руководимой им армии.

Заметив тревогу хозяйки, прибывший поспешил успокоить её:

   — Распоряжение Григория Александровича касается не вас, сударыня. Оно относится к вашему сыну Николаю. Вчера из Екатеринославского наместничества поступило предписание о скорейшем прибытии вашего сына, Николая Раевского, в город Чугуев. Он ведь приписан к лейб-гвардии Семёновскому полку?

   — Да-да! С января его уже возвели в чин прапорщика.

   — Значит, ему уже пора в строй, а он ни дня не был в полку.

По установившемуся для дворян праву Николая Раевского в шесть лет приписали сержантом к полку.

Семёновский был одним из двух первых полков русской гвардии, сформированных самим Петром Великим. Созданный из придворных слуг, детей конюхов, спальников и прочего простонародья, юный Пётр проводил поначалу с ними потешные игры, обучал стрельбе из ружей и пушек, учил правилам осады и обороны крепостей, действию в полевом бою. Позже в сёлах Преображенское и Семёновское действовали две роты потешных солдат и команды потешных пушкарей. Эти войска были опорой Петра и в 1690 году были развёрнуты в Преображенский и Семёновский полки. Они положили начало созданию русской регулярной армии, в частности её гвардии.

Теперь Потёмкин, приняв командование над Екатеринославской армией, которая сдерживала нападения воинственных турок, направил на её усиление лучший из российских полков — лейб-гвардии Семёновский.

   — А где же ваш Николай? — спросил хозяйку прибывший.

Екатерина Николаевна тяжко вздохнула: