Где валяются поцелуи. Париж

Ринат Рифович Валиуллин

Где валяются поцелуи. Париж

– Мысленно я с тобой.

– Мысленно я и сама умею.

© Валиуллин Р.Р., 2016

© ООО «Издательство АСТ», 2016

* * *

* * *

– Подвезете меня? – дверь машины открылась в дождь. Под ним стояла девушка. С ее шелковых прядей сыпалась бижутерией вода.

– А вам куда?

– Мне?.. В Париж.

– Почему не Рим?

– В Риме я уже была.

– А я нет. Садитесь, такой дождь, промокнете насквозь.

– Теплый дождь.

Мокрая женщина заняла сиденье рядом с ним. Ее сырое возбужденное тело словно экватор надвое разделял кожаный ремень сумки. Таксист невольно еще раз скользнул взглядом по ее проступившим из-под мокрой ткани соскам. Девушка машинально поправила распахнутую коротенькую куртку, под которой прилипла к телу белая футболка.

– Можно, я сяду сзади?

– Можно. На два метра дальше от Парижа, – поправил свои очки водитель. – Так куда мы едем?

– В Париж.

– Я понял, что в «Париж». Скажите только, что это: кафе, ресторан? На какой улице? – рука его была готова набить навигатору адрес.

– Есть такой город во Франции, если вы не в курсе. Мне туда очень надо.

– Ну какой может быть Париж в такую погоду? – стало вдруг смешно водителю. – До него 2352 километра, – ответил спокойно, как навигатор, мужчина. Пассажирка увидела, как он ее, мокрую, рассматривает в зеркало заднего вида, будто оба они сейчас оказались в Зазеркалье, замерли, изучая друг друга, включив свои парапсихологические способности. Так и общались, словно зеркало было скайпом. Она пыталась уложить свои волосы, он – любопытство.

– Откуда такая точность? – застряли руки девушки в волосах, пытаясь придать последним объем.

– От рождения.

– Вы кто? – опустила она руки.

– Мужчина.

– Это я заметила, – снова принялась разбирать на голове мокрые пряди девушка, пытаясь их отжать. – А по профессии?

– Преподаю высшую математику, если вам это интересно.

– Интересно… Всегда было интересно, чем отличается высшая математика от обычной? – нашлась незнакомка.

– Без лестницы не достать, – смотрел внимательно водитель на пассажирку, будто хотел глазами высушить ее подмоченную репутацию.

– Математик? Делать вам больше нечего, по ночам кататься по городу. Халтурите?

– Плюс бессонница.

– Математикам тоже не платят?

– Платят, но складывать не получается, – улыбнулся в зеркало Павел: «Симпатичная, но все еще мокрая курица».

– Цифры не дают спать?

– Да, голова забита нулями и единицами, что вредно для сна.

– По мне, так цифры – это самые точные слова. Ну, так мы едем?

– Едем. Осталось решить, куда, – сложил руки на руль Павел и оглянулся на незнакомку. Без зеркала он смог разглядеть ее лучше. Лицо было приятное, но чем-то обеспокоенное и все еще сырое. Не будь на улице дождя, можно было бы принять сырость за чувства. «Хорошо бы сейчас идти с ней по берегу моря, бросать камни от души, кто дальше. Рассуждать на высокие темы, что лежат выше моей математики. Философствовать о смысле жизни и ее бессмысленности, то и дело останавливаясь для поцелуев.

– Я вижу, вы торопитесь? Вас там уже ждут?

– Да. Только пока не знаю, кто, поэтому времени нет.

– Времени нет, мы его придумали, – пробурчал про себя мужчина.

– Что вы сказали, я не расслышала?

– У вас тоже цифровое восприятие жизни.

– У всех женщин цифровое восприятие.

– Потому что перед глазами всегда стоит возраст.

– Если бы он стоял, он же прёт как ненормальный.

– А у мужчин разве по-другому?

– Вам сколько сейчас?

– 37.

– Снимите очки.

– Зачем? – повиновался математик.

– Очки вас старят, без них я дала бы вам не больше 30. Вы и через 10 лет можете выглядеть на 37 и через 15. У женщины время летит.

– Значит, будем догонять, так куда мы едем? – снова посмотрел на дорогу водитель. Впереди от остановки тяжело отъезжал автобус, сквозь дождливое стекло, после каждого движения дворников, на его машину смотрела женщина. Она кого-то напоминала. «Показалось, обычная женщина, которой никто не уступил места, у которой не было личной машины, которая так или иначе ехала к морю. Жизнь любой женщины – это дорога к морю. Даже если утром на работу, она все равно идет к своему морю. В конце концов она дойдет, дойдет до точки, когда плюнет на все и действительно рванет к морю», – стало вдруг жалко женщину из автобуса или из своего прошлого водителю.

– В Париж, – ткнула девушка пистолетом в его раздумья. Ствол уперся в плечо.

– И часто это с вами? – вновь поправил очки математик.

– Что?

– Что вместо зонта вы берете пистолет? – ухмыльнулся сквозь зубы водитель. Теперь он разглядывал в зеркало заднего вида то, что было в ее руках. «Если даже настоящий, то наверняка не заряжен». Она повернула дуло к зеркалу, затем снова ткнула водителю в плечо.

По виду пистолет был настоящий. «35-й калибр», – холодно оценил огнестрельное разум. Как ни странно, страха не родилось – только непонятное удивление. «Глупая она женщина», – высказался его рассудок. «Вряд ли: либо влюбленная, либо разочарованная», – отозвалась душа. «Красивая. Жаль, если влюбленная».

– Только сегодня.