Фронт идет через КБ: Жизнь авиационного конструктора, рассказанная его друзьями, коллегами, сотрудниками

Проект "Военная литература": militera.lib.ru

[1] Так обозначены страницы. Номер страницы предшествует странице.

Книгу Михаила Арлазорова о жизни и главным образом деятельности Генерального конструктора самолетов Семена Алексеевича Лавочкина нахожу интересной и полезной. Написанная на хорошем научно-популярном уровне, она рассказывает о захватывающей своим драматизмом битве авиационных конструкторов, инженеров, летчиков с неизвестностью.

Чем больше трудностей, тем выше творческий накал. Пути к отступлению нет. Задача всегда должна быть решена. При ином подходе к авиации ничего нельзя было бы сделать нового, передового. В книге зримо показаны «барьеры» на пути развития авиации, мастерство и упорство, с которыми они преодолевались.

Опровергая распространенное мнение о том, что так называемые «доводки» самолетов — дело скучное, интересное лишь специалистам, автор увлекательно показал, как опытный самолет усилиями большого коллектива превращается в грозную боевую машину.

На примере конструкторского бюро Лавочкина, небольшой группы конструкторов, развернувшейся в мощную организацию, видно, как росли наша авиация и опытное самолетостроение.

Труд главного конструктора сложен и ответствен. Много знаний нужно, чтобы дать самолету совершенные аэродинамические формы, высокую прочность, мощное вооружение и одновременно сделать его как можно более легким. В годы войны эти извечные для самолетостроения трудности усугублялись тем, что массовое производство требовало неизменности конструкции, а необходимость превосходства над врагом побуждала к ее непрерывному совершенствованию. Да, война была сурова в своих требованиях к конструктору, но зато необходимость находить во что бы то ни стало выход из сложнейших положений научила многому.

Я хорошо знаю, с каким чувством ответственности относился Лавочкин к своей работе. Как волновался, переживая каждый испытательный полет. Как внимательно выслушивал и летчиков-испытателей, и летчиков-фронтовиков. Мне понятны и близки его волнения. Семен Алексеевич был не только выдающимся инженером, но и замечательным человеком. Он одновременно жил настоящим и будущим, удовлетворяя повседневные запросы практики и проектируя самолеты завтрашнего дня. [4]

Деятельность Лавочкина протекала на одном из труднейших участков самолетостроения. Он создавал самолеты-истребители, прокладывающие пути к большим скоростям и высотам. Многие его новаторские идеи не потеряли своей ценности и по сей день.

Одним из первых наших генеральных конструкторов Семен Алексеевич понял необходимость овладения новыми отраслями знаний, без которых немыслима авиация сверхзвуковых скоростей и больших высот — реактивных двигателей, автоматики, радиолокации, вычислительных устройств, реактивного и ракетного оружия. Им созданы лаборатории, позволившие по-новому организовать труд конструкторов и дать стране отличные боевые машины.

Мне представляется, что читатель, ознакомившись с этой книгой, во-первых, получит удовольствие от самого чтения. Во-вторых, незаметно для себя узнает о ряде явлений, сопутствующих труду авиационного конструктора, и люди, работающие в этой области, станут ему понятнее, дороже и ближе.

Семен Алексеевич вышел в книге очень похожий. Видишь его слегка сутулого, сосредоточенного, обсуждающего со своими сотрудниками способы преодоления очередных трудностей. Автор не пытается рисовать своего героя голубой и розовой краской. Рассказ о борьбе за новые машины получился поэтому очень достоверным.

Объективности рассказа, умению проникнуть в суть описываемых явлений, вероятно, немало способствовало то, что автор почерпнул материал от многих людей, сотрудничавших с Лавочкиным, и глубоко осмыслил собранную им обширную информацию.

Семена Алексеевича я знал с 1940 года, с момента назначения меня наркомом авиационной промышленности, до его смерти в 1960 году. Могу сказать, что всему написанному о нем в этой работе можно верить. От всего сердца рекомендую читателям эту книгу, надеюсь, что они, так же как и я, не останутся равнодушными к сложному и романтическому труду покорителей неба.

А. Шахурин [5]