Фрейлина немедленного реагирования

‒ Жива… ‒ изумленно выдохнул кто-то.

Эридан молниеносно повернулся в сторону, где еще пару мгновений назад лежало мертвое тело коллеги. Герцог был готов поклясться, что преподавательница была стопроцентно мертва, она не дышала, а рана на груди блондинки и количество потерянной крови ‒ явно несовместимы с жизнью. Но сейчас все видели то, что видели — Троя боролась со смертью. Слабо, прерывисто, судорожно… И, хотя ни о каком сознании речи не было, ее тело явно не собиралось умирать.

‒ Врача! ‒ почти истерически закричала Савойкина.

Удивительно странная и нереалистичная картина. Пока толпа людей находится в полном шоке и пытается осознать ситуацию, адекватнее и правильнее всех реагирует нетрезвая полуодетая барышня, которая две минуты назад публично призналась десяткам собравшихся в интимной связи с преподавателем, обвиненным в убийстве.

Сам же Глеб, едва понял, что блондинка жива, принялся вырываться из рук стражников, которые уже приготовились заковать его в некий магический аналог наручников. Странные браслеты искрились ядовито-зеленым светом, словно намекая, что подобное украшение на руках преподавателю зельеварения ничего хорошего не принесет.

‒ Не выпускайте его! ‒ испуганно завизжала королева. ‒ Он же хочет ее добить!

Толпа испуганно отшатнулась от казавшегося им в этот момент таким опасным магистра ядоведения.

‒ Я не трогал Трою. Пустите, я могу ей помочь! ‒ продолжал вырываться Глеб.

Неизвестно чем бы все это закончилось, если б не стальной Эридановский голос, прозвучавший в происходящей суматохе как гром среди ясного неба:

‒ Король Викториан, вы находитесь сейчас на территории Нейтральных земель и, в частности — Академии Военной магии, которая не принадлежит ни к одному из королевств. Поэтому вы не имеете права отдавать здесь подобные приказы об аресте одного из наших преподавателей!

В этот момент Элле показалось, будто Викториана головой в снежный сугроб опустили, потому что, несмотря на внешнюю непробиваемость и полное отсутствие эмоций на лице, его зрачки на мгновение сузились, рождая ассоциации с хищной и очень ядовитой змеёй.

‒ Освободите его, ‒ разрешил коротким кивком отпустить Глеба правитель Керении.

Едва магистр оказался на свободе, то, не теряя ни мгновения, кинулся к лежащей на полу женщине. Там над Троей уже стояла охающая Терция, которая больше мешала своим нытьем, чем помогала, Арвенариус, пытающийся наложить на огромную рану в груди блондинки подобие заживляющих чар, и Эля, по приказу декана фрейлин зажимавшая руками эту самую рану. Казалось, вся мыслимая кровь уже давно вытекла из сердца блондинки, но стоило физкультурнице начать дышать, ее сердце вновь забилось в попытке возобновить циркуляцию жизненной влаги по организму. От этого становилось только хуже.

‒ Эр, ее необходимо срочно телепортировать в санчасть, ‒ почти взмолился упавший на колени перед телом подруги Глеб. ‒ Здесь мы ей ничем не сможем помочь!

Герцог и сам это прекрасно понимал и стоял сейчас перед волевым решением ‒ разрешить телепортацию по всей академии и с вероятностью в сто процентов упустить того, кто покушался на жизнь физкультурницы, либо поступить по человеческим моралям и нормам:

‒ Глеб, поднимай Трою и телепортируй в госпиталь!

Брюнету не нужно было дважды повторять, через мгновение он исчез вместе с телом блондинки во вспышке портала.

‒ Эридан, зачем вы его отпустили?! ‒ не оценил такого решения король. ‒ Вы ведь прекрасно понимаете, как и все присутствующие здесь, что обвинение Глеба в этом преступлении было основано не только на глупой догадке. Здесь же повсюду остаточные следы сильнейшего телекинеза!

И герцог это видел. Следы он заметил, едва появился в коридоре. Разноцветные всполохи остаточной энергии плясали по каменным стенам, холодному полу и особенно много их было у тела Трои. Будто кто-то не просто убивал ее, а изламывал кости внутри её тела, нечеловеческой силой магии пытался остановить ее сопротивление, силой мысли сбивал с преподавательницы все защитные чары. И таких сильных телекинетиков в Академии было не так уж и много. Один из них — Глеб. Вот только Эридан был знаком с магистром едва ли не с момента, когда тот поступил в Академию, и герцог знал про отношения физкультурницы и зельевара. Не стал бы брюнет убивать ту, которая всегда его поддерживала…

‒ Только не говорите мне, Эридан, что поверили в невиновность вашего сумасшедшего зельевара после слов этой девушки? ‒ Викториан ткнул пальцем в сторону стоящей неподалеку Эллы.