Французский любовник

— Ты очень старомоден и уже забыл, что значит быть молодым. — Слова дочери задели Стефана Донатьена до глубины души. Сказанные еще утром, они и сейчас не выходили из головы. — Нельзя вечно относиться ко мне как к ребенку, — в ярости бросила Эстелла.

Не прекращая думать об утренней размолвке, он вышел из дома. Ферму Стефан купил совсем недавно. В Уотервилле, маленьком городке на Среднем Западе, он надеялся создать свой тыл. Его мать, Иветт, почти всегда соглашалась с Эстеллой, и ему приходилось в одиночку выдерживать атаки капризной двадцатилетней дочери и своей матери, француженки. Они все любили друг друга, но часто спорили.

Хотя Стефан и родился в Соединенных Штатах, мать и дочь то и дело называли его человеком Старого Света.

— Вероятно, если бы у тебя была любовница, ты бы перестал так опекать Эстеллу. Это уже похоже на манию, — утверждала его мать. — Твоя жена Клер умерла, но жизнь продолжается. В твоем возрасте я была уже grand — mere. Когда не стало твоего отца, я осталась жить. Тебе только сорок два, а ты скоро станешь дряхлым стариком. Видел? Седой волос.

Стефан вдохнул утренний майский воздух и снова подумал о женщинах своей семьи, которых так нежно любил. Эстелла и мать, очевидно, считают его тираном, но он обязан их защищать.

Стефан прислушался к гудению мотора старого пикапа, на котором ездил в Уотервилле. Эта машина больше подходила для сельского городка, чем роскошный автомобиль, который у него был в Чикаго.

Он покосился в зеркало заднего вида, которое отразило седой волос, о котором говорила мать. Пусть так, зато он спасет свою дочь от Луи.

Старый пикап ехал между огородов. Пунцовые и белые пионы, тяжелые от утренней росы, выстроились вдоль забора, прячась в тени деревьев. На верандах сидели седые женщины с бигуди в волосах. Заметив Стефана, они начали шептаться о новом владельце фермы Смита.

Шел лишь третий день, как Стефан перевез семью в этот городок, но их явно заметили. За исключением ссоры с дочерью, смена места жительства прошла благополучно, хотя это было нелегкое решение. Но когда дочь в опасности, времени на раздумья нет. Как только в колледже закончились занятия, Стефан наконец осуществил свой план спасения Эстеллы. Сеть ресторанов «Французская кухня Донатьена», которую основал отец Стефана, пришлось оставить на доверенное лицо.

Отец, Ги, был суров, он бы справился с Эстеллой так же, как справлялся со Стефаном, требуя от него абсолютного подчинения.

Стефан натянуто улыбнулся, вспомнив отца. Теперь он прекрасно понимал его. Ги хотел для Стефана только лучшего. Так же, как Стефан хочет лучшего для Эстеллы.

Он прерывисто вздохнул. Он любил отца. Но ему не нравились требования старшего Донатьена и неустанный родительский контроль. Стефан дал себе слово не быть таким, как отец, в отношениях с дочерью. Он не испытывал радости, говоря ей: «Я тебе запрещаю». Слова звучали совсем как у отца.

Мимо проехала ватага мальчишек на велосипедах. Стефан притормозил. Детские головы с любопытством повернулись в его сторону. Даже собака, бежавшая за ними, залаяла при виде чужака.

Во всяком случае, Эстелла в безопасности. Ее наглый, ленивый дружок остался в Чикаго.

Он крепче сжал руль, вспомнив Луи. Длинные грязные волосы, потрепанные брюки. Луи уже начал клянчить у Стефана деньги, что само по себе плохой знак. А Эстелла так же доверчива и невинна, как и ее мать. Она не замечает, как Луи нагло флиртует с другими девушками. Зато это заметил Стефан.

Припарковавшись перед лавкой «Выбор и краски Грейнджера», он расправил затекшие плечи. Ничего, пройдет лёто, Луи за это время с кем-нибудь спутается, и Эстелла будет спасена.

Он вышел из машины и посмотрел на свою одежду. Джинсы, футболка и поношенные кроссовки. В это время дня в Чикаго он сидел бы в своем кабинете в деловом костюме. Позже он бы снял пиджак и жилет, закатал рукава и надел фартук, чтобы заняться своим любимым делом — приготовлением изысканных блюд.

Стефан вдохнул свежий утренний воздух и окинул взглядом маленький городок, где его семья планировала отлично провести лето. Его женщины явно довольны, они вьют на ферме гнездышко, с удовольствием украшая его. Сам Стефан с наслаждением занялся слесарными работами. Что бы там ни было, жизнь прекрасна.

Он вошел в переполненную лавку, где продавались краски, которые он обещать купить своей матери, и встал в конце очереди. На него бросила взгляд высокая женщина в бейсболке. Темно-золотистые волосы были стянуты в конский хвост и продернуты в отверстие шапки. Она поставила галлон краски на прилавок, сверху шлепнула две деревянные мешалки для краски, выбила чек. Одновременно она болтала с покупателем. Когда высокий фермер в комбинезоне вышел из магазина, женщина взглянула на Стефана.